Лжедмитрий II — "царик Калужский"

Начало XVII века в истории России принято называть "Смутным временем", которое понимается как полоса экономического упадка, внутренних раздоров и внешнеполитических неудач, в которую вступает страна в этот период. По меткому замеча­нию известного историка Р.Г.Скрынникова, "бедствия Смутного времени потрясли ум и души русских людей. Современники винили во всем проклятых самозванцев, посыпавшихся на страну как из мешка. В самозванцах видели оружие иноземного вмешательства. Но это была лишь полуправда."9 Причины бедствия, в которое была ввергнута Россия, были заложены в годы правления "безумного царя" Ивана Грозного. После его смерти, скорее всего насильственной, осталась разоренная Ливонской войной и злодеями страна. Одно из его последних преступлений — убийство в порыве ярости своего сына, повлекшее крах династии Рюриковичей и вовлечение страны в "Смутное время".
Появление и правление временщиков, борьба за власть в разоренном государстве — вот что такое "Смутное время". Тысячи авантюристов и искате­лей приключений со всех концов Европы ринулись в поисках власти, богатства и удачи в Россию. А начало этой волне положила загадочная книга о "чудесном юноше" Димитрии, который чудом спас­ся от наемных убийц в городе Угличе, чтобы по праву наследства занять московский престол. Книга появилась в 1606 году во Флоренции. Авторство приписывают Антонио Поссевино, католическому проповеднику, члену ордена иезуитов. Это было его последнее сочинение. Одним росчерком пера автор выдвинул из тьмы исторического небытия почти непредсказуемую фигуру авантюриста-самозванца. Книга вскоре была переведена на многие языки, сделав ранее никому неизвестного русского царевича Димитрия одной из самых популярных личностей средневековой Европы. Результатом была волна самозванства, захлестнувшая через несколько лет Россию. Один из самозванцев, Лжедмитрий II, во­шел в историю под именем "Калужского царика".
Он появился на историческом горизонте в мае 1607 года. Со всех сторон под его знамена стали собираться стрельцы, казаки, посадские люди. Ник­то не знал, кем был новый самозванец. Тайну его до сего дня хранит могила в калужском городском парке, где-то между входом в бывшую семинарию и Троицким собором.
Люди, близкие к Лжедмитрию II, считали его "московитом". Любопытные сведения о нем сооб­щает его советник, князь Дмитрий Мосальский, показавший под пыткой: "...который де вор назы­вается царем Дмитрием, и тот де вор с Москвы с Арбату от Знамения Пречистыя из-за конюшен по­пов сын Митка, да отпущал де его с Москвы князь Василий Мосальский за пять ден до растригина убийства.10
Лжедмитрий II был плохим полководцем и бездарным политиком. Его преследовали неудачи, он сдавал города один за другим. На него давили две противоборствующие силы: с одной стороны, войска московского воеводы Скопина-Шуйского, с другой — польские интервенты. Наконец, наступил момент, когда в лагере самозванца начался полный хаос. Дело дошло до того, что гетман Ружинский, один из членов боярской думы самозванца, на гла­зах Лжедмитрия зарубил в царских покоях ближай­шего советника "царька" пана Меховецкого, пригрозив, что в случае неповиновения велит обезг­лавить и его самого. Ради своего спасения Лже­дмитрию пришлось немедленно бежать, бросив все, спрятавшись на дне телеги от своих же наемников. Так в 1608 году он оказался в Калуге.
Лжедмитрий не решился сразу въехать в Калуж­ский острог и остановился в двух верстах от города в Лаврентьевском монастыре. Оттуда он послал в город нескольких монахов с известием. В источни­ках так говорится об этом событии: "Поганый король польский не раз требовал от него, чтобы Лжедмитрий II уступил ему северные земли, которые в прежние времена принадлежали Польше, но он ему отказал ради того, чтобы поганая вера не укоренилась в этих землях, а теперь король подговаривает его воена­чальника Романа Рожинского и поляков, чтобы они схватили его (Лжедмитрия) и привезли к королю в Смоленск, а он, Дмитрий, узнав об этом, скрылся и спрашивает теперь народ, что они собираются де­лать и решать в его деле. Если они останутся емуверны, то он приедет к ним, 'с помощью Николая (Угодника) и всех присягнувших ему городов ото­мстит не только Шуйскому, но и своим клятво­преступным полякам так, чтобы они это хорошенько почувствовали. Он готов умереть вместе с народом за христианскую московитскую веру и все осталь­ные поганые веры искоренить, польскому же королю ни села, ни деревеньки, ни деревца, ни тем более города или княжества не уступит.
Это очень понравилось русским в Калуге, они сами пришли к нему в монастырь, поднесли ему хлеб и соль и повели его с собой в калужский острог, в палаты воеводы Скотницкого, подарили ему одеж­ду, лошадей и сани, позаботились о его кухне и погребе. А произошло это 17 января 1610 года."11
С этого времени самозванец стал называться "Ка­лужским вором" и цариком. Казаки, входившие в войско Лжедмитрия, пожелали последовать за сво­им "добрым государем" из-под Тушина в Калугу. Сторонники польского короля попытались их задержать, но сделать это не удалось. Более двух тысяч донских казаков с развернутыми знаменами двинулись к Калуге. После их прихода в город лагерь самозванца стал выглядеть как настоящий казац­кий табор. Согласно "Московской хронике" Конрада Буссова, "Дмитрий написал во все города, оставши­еся на его стороне, чтобы всех поляков, которые были в их местах или придут туда, убивали, а все их имущество доставляли ему в Калугу.
Боже милостивый, сколько благородных поля­ков при этом непредвиденном обороте дела плачев­но лишились жизни, было притащено к реке и брошено на съедение рыбам! Сотни купцов, которые направлялись в Путивль и Смоленск и привезли в лагерь бархат, шелк, ружья, вооружение, вино и пряности, были захвачены казаками и приведены в Калугу. Дмитрий отнял у них все и не оставил им ничего, чем они могли бы поддержать свою жизнь, так что тот, кто раньше был богат и имел тысячи, теперь был вынужден побираться в Калуге, а у мно-
И
гих отняли и жизнь. Одному Богу и тем немцам, которые жили в Калуге, Перемышле и Козельске, до конца известно, сколько страха, бедствий и ужа­са им не раз приходилось испытывать вместе с по­ляками."12
С каждым днем Лжедмитрий испытывал все боль­шее недоверие к своему боярскому окружению. Все больше придворных подвергались казни по подозрению в измене. Наконец Лжедмитрий велел отобрать у немцев поместья, а их самих перебить. Приехавшая к тому времени в Калугу Марина Мни­шек пыталась спасти немцев, но ей передали слова "царя": "Поганые немцы сегодня же умрут, не будь я Дмитрий, а если она будет досаждать мне из-за них, я прикажу и ее тоже бросить в воду вместе с немцами."13
По всей вероятности, лиц, заподозренных в из­мене, предварительно связав, топили в Оке возле острога.
Более года продолжалось "сидение" царька в Калуге. Однако в 1610 году произошли события, изменившие соотношение сил не в пользу самозван­ца. В этом году на русский трон был избран сын польского короля Владислава, и Лжедмитрий стал помехой в осуществлении дальнейших планов польской шляхты. Еще после бегства самозванца из Тушина в Калугу окружение Лжедмитрия тайно информировало Сигизмунда, короля Польши, что при желании "друзья короля" готовы отрубить "вору" голову и удерживать Калугу до подхода польских войск. Но в то время король отклонил это предложение.
Однако в конце 1610 года Сигизмунд отправил в Калугу указ, в котором повелел жителям города схватить обманщика и прислать его под Смоленск. Калужане отказались выполнить это требование. Тогда в ход были пущены другие средства. В Калу­гу был отправлен служилый касимовский хан Ураз-Мухамед, перешедший на службу к полякам. Его сын находился в Калуге при дворе ЛжеДмитрия. Ураз-Мухамед прокрался тайно в калуж­ский лагерь. Касимовские татары служили у "царька" телохранителями, и поэтому касимовс­кий хан с их помощью мог легко захватить Лжедмитрия и исполнить приказ польского короля. Однако Ураз-Мухамеда опознали, причем показания на него дал его собственный сын, чрезвычайно преданный Лжедмитрию. После не­скольких допросов хана казнили. По другим дан­ным, во время царской охоты в городском бору в присутствии двух своих приверженцев Лже-дмитрий II убил татарского хана, а тело его бросили в Оку.
Мстителем за касимовского царя стал его друг, крещеный татарин Петр Урусов — начальник охраны Лжедмитрия. После расправы с Ураз-Му-хамедом он также был взят под стражу вместе с пятьюдесятью охранниками. Правда, вскоре они были освобождены. Это была ошибка, приведшая калужского царька к гибели.
Погожим зимним утром 11 декабря 1610 года Лжедмитрий, как обычно, поехал на санях на прогулку за город через Ячейку в бор. С ним был шут Петр Кошелев, двое слуг и человек двадцать татар охраны. Когда они отъехали на приличное расстояние от города, начальник охраны Петр Урусов подъехал вплотную к саням и разрядил в царька свое ружье, а затем для пущей верности отсек убитому голову.
Шут ускакал в Калугу и поднял тревогу. По всему городу звонили колокола. Посадские люди всем миром бросились в поле и за Ячейкой, на пригорке у дорожного креста, обнаружили тело царька с отсеченной головой. Труп перевезли в город и положили в Троицком деревянном соборе в городском парке.
Марина Мнишек была в то время беременной. Когда на санях привезли из-за Ячейки тело Лжедмитрия, она, почти обезумев, ночью с факе­лом в руке бегала по улицам, рвала на себе волосы и одежду, с плачем молила о мщении. Однако в калужанах сочувствия не нашла. Она обратилась тогда за поддержкой к донцам. Ими начальство­вал Заруцкий, воодушевивший казаков для напа­дения на татар. О дальнейших событиях пусть говорит хроника: "Казаки Заруцкого ринулись в слободу, где стояли юртовские татарове, не успев­шие заблаговременно уйти с другими, и убили многих лучших мурз, а дворы их разграбили. Воп­ли Марины обострили злобу. Бедных людей как зайцев в поле, гоняли из одной улицы в другую, а когда они уже не в состоянии были больше бе­жать, рассекали или забивали насмерть саблями или дубинами и бросали, как собак, в одну кучу. Им пришлось расхлебывать то, что заварили другие."14
Мертвый самозванец никому не был нужен. Тело убитого Лжедмитрия шесть недель лежало в холодной церкви "на изобличении". Толпы окрестных жителей и приезжих ходили поглядеть на его голову, положенную отдельно от тела. Не­многие оставшиеся в Калуге бояре намеревались немедленно ехать с повинной в Москву, но калу­жане не выпустили их из города, не зная, что де­лать дальше. Так закончилась авантюра одного из самозванцев.
Через несколько дней в Калуге у Марины Мнишек родился сын, которого назвали Иваном. Она требовала от калужан принести ему присягу как законному наследнику русского престола. Однако ни калужане, ни жители других городов не признали сына Лжедмитрия и Марии Мнишек за царя. Через четыре года малолетнего "царевича" повесят всенародно за Серпуховскими воротами в Москве, атамана Заруцкого посадят на кол, а сама Марина умрет в Москве, в тюрьме от болезни и тоски по своей воле.15
Калужане же выбрали земских представителей из дворян, из атаманов, из казаков и других со­словий, которые поехали в Москву, чтобы ознакомиться с общим положением дел в государстве. Новости были неутешительные. В Кремле распо­лагались наемные войска, против которых все сильнее росло недовольство народа. Возвращение выборных представителей из Москвы покончило с колебаниями калужан, и они решили не приз­навать власть польского короля Владислава. Вос­ставшая Калуга вновь бросила вызов боярской Москве.
Часто задают вопрос, какова дальнейшая судь­ба захоронения Лжедмитрия в городском парке культуры и отдыха. Одни считают, что могила "калужского царика" так и не была найдена и его прах все еще покоится где-то в земле у летнего павильона (место, где стоял древний деревянный собор). Другие вообще не верят в то, что Лжедмитрий II был похоронен в Калуге.
В Калужских епархиальных ведомостях сере­дины прошлого века сообщается о том, что в кон­це XVIII века при закладке фундамента под семи­нарию (восточный корпус Присутственных мест) рабочие нашли могилу Лжедмитрия II и две над­гробные плиты с надписями. По невежеству рабо­чие разбили плиту пополам. Потом эти части увез себе на постройку какой-то калужанин, а по дру­гой версии они пошли на постройку храма или дома. Труп самозванца был вырыт из могилы и закопан где-то около старых калужских боен. Каких-либо других данных о "калужском царике" не встречается.