Часть вторая
ОТ НАИМЕНОВАНИЯ КАЛУГИ ЕПАРХИАЛЬНЫМ ГОРОДОМ
ДО УЧРЕЖДЕНИЯ В НЕЙ ПРОВИНЦИИ


В
1472 году Великий Князь Иван Васильевич Тарусу уступил меньшему брату Князю Андрею (Родосл. книги).
В
1478 году В. К. Иван Васильевич, при походе для усмирения Новгорода, велел быть войскам Калужским и Боровским с Князем Андреем Васильевичем Меньшим в левой руке под предводи-: тельством Князя Бориса Михайловича Оболенскаго (см. Софийский Времянник, ч. II, стр. 177).
В том же
1478 году В. К- Иван Васильевич уже в походе Калужанам с Алексинцами, Серпуховитянами и Москвичами, велел быть при себе с Князем Александром Васильевичем (см. там же, стр. 179).
В
1479 году Преподобный Пафнутий Боровский скончался24.
В том же
1479 году В. К. Ив?н Васильевич для прекращения несогласий, возникавших между им и братьями его, Князьями Борисом и Андреем Васильевичами, за Великолуцкаго Наместника Князя Ивана Владимировича Оболенскаго Лыку, к вотчинам Андрея Васильевича отцовским и от матери ему данным предлагал «ще Калугу и Алексин по Оке, но им не приняты (см. Ис. Г. Р., т. VI, стр. 146).
В
1480 году Капчатской Хан Ахмат и Польской Король Казимир IV согласились вместе напасть на Россию, и покоря ее, как было при Батые, уничтожить церкви и все принадлежащее до веры. Ахмат, в ожидании Польскаго Короля, шел к Российским границам тихо. Великий Князь Иван Васильевич, услышав о том, отправил к берегам Оки многочисленные войска и между прочим Князя Андрея Васильевича Меньшаго в его отчину Тарусу также против Татар. Хан Ахмат, уклоняясь от встречи с превосходнейшими силами, и обходя их местами, бывшими тогда в Польско-Литовском владении, приблизился к реке Угре, и В. К. Иван Васильевич велел также сыну своему Князю Ивану и брату своему Князю Андрею Васильевичу Меньшому итти также к Калуге на берег реки Угры, а 3 Октября и сам Великий Князь прибыл в Кременск: армия его стояла по Оке и Угре на пространстве 60 верст. С 8 Октября между Татарами и Россиянами началось сражение и продолжалось четыре дня. Татары отражены; но Великий Князь посылал к Хану Ахмату просить мира, о чем обоюдныя пересылки оставались без последствий. Хан Ахмат опять посылал конницу свою перейти Оку перед городом Опаковым; но Русские Воеводы и там Татар не пропустили. Оба войска стояли в бездействии около двух недель смотря друг на друга через реку Угру; наконец 7 ноября оба войска, т. е. Российския и Татарския, вдруг от реки Угры бежали: первыя к Боровску, вторыя в свои улусы. Причина такому необычайному произшествию обнаружилась после. В то самое время, когда Ахмат со всеми войсками отправился на Угру, Российские Воеводы, тайно посланные на Волгу, и Татары же Нагайские, нечаянно напав на собственные Ахматовы беззащитные улусы, остатки жителей пленили, в том числе жены Ахматовы и все Ахматовым улусам принадлежавшее досталось также Нагайским Татарам, кои все вообще Ахматовы улусы разорили до основания. Ахмат, получа о том известие, опрометью бежал от Угры, а по мнению других, уже от Кременска и на Волге Нагайскими же Татарами окружен, разбит и наконец лишен жизни. Так иго Татарское, угнетавшее Россию около 257 лет, разрушилось навсегда. Современники по сему случаю реку Угру назвали поясом Богоматери. Сие произшествие, для России достопамятнейшее, описано во всех современных летописях и историях, но всех красноречивее изложено Карамзиным (в VI т. его Рос. Истории от 149 до 164 лист.).
В
1485 году, по смерти Верейскаго Князя Михаила Андреевича (он погребен в Боровском Пафнутьевом монастыре), Малоярославец по его духовной присоединен к Княжению Московскому, а сын Князя Михаила Андреевича бежал в Литву.
В
1486 году, по духовной того ж Князя Михаила Андреевича, сельцо Кутеповское с серебром и хлебом поступило в Боровской Пафнутьев монастырь.
В
1486 году, не видно с котораго времени, Перемышль и Суходол принадлежали к Москве (см. Акты Археографическ. Комиссии, т. I, № 115).
В
1489 году Великий Князь Иван Васильевич, уничтожив Вятскую республику, тамошних земских людей поселил в Боровске и Кременск е, граждан в Москве и Дмитрове. Это Вятичи новые!
В
1490 году Князья Бельские, Баратынские и Воротынские, Князь Семен Федорович, Перемышльской Семен, с братом Иваном и с обширными их владениями, часть нынешней Калужской губернии составляющими, присоединились опять к России, от коей отторгнуты были в разныя времена.
В
1493 году Князья Воротынские Семен Федорович с племянником Иваном Михайловичем, вступив в Русскую службу, засели Литовские города Серпейск и Мещовск, завоевали Мо-с а л ь с к: Русское войско Серпейск и городок Опаков взяло приступом, а Мещовск сдался.
В том же
1493 году Воевода Князь Федор Телепня-Оболенский разорил Мценск и Любутск; а Князья Перемышльские и Одоевские пленили в Мосальске многил жителей.
В том же
1493 году в Тарусе Воеводою был Князь Иван Лыко (Рукописный Чиновник, стр. 13).
В
1494 году Великий Князь Иван Васильевич заключил с Литовским Князем Александром мирный договор, по которому Вяз-ма, Алексин, Тешилов, Росслав, Венев, Мстиславль, Таруса25, Оболенск, Козельск, Серенск, Новосиль, Одо-« в, Воротынск, Перемышль, Мещера (где Мещовск)26, остались за Россиею, а Смоленск, Любутск27, Мценск, Брянск, Серпейск, Лучик, Мосальск, Дмитров28, Лужа и некоторые другия места по Угру за Литвою. При чем прибавлено: изменников Русских сыновей Князя Можайскаго Шемяки из Литвы никуда не отпускать (См. VI т., И. Г. Р., прим. 396).
В
1498 году Великий Князь Иван Васильевич, уничтожив все уделы, присоединил области их к самодержавному Княжению Московскому.
В том же
1498 году Великий Князь Иван Васильевич велел дела судить по Судебнику Володимира Гусева, по которому недель-щику полагалось (за переезд) из Москвы до Калуги один рубль (тогдашний).
В
1499 году, в Сентябре Татары Ордынские, Козаки и Азовские люди пришли к Козельску и взяли сельцо Олешну. Князь Ива» Перемышльский, Князья Одоевские, при них Василий и Иван — дети Плещеевы, догнав неприятелей побили, а иных поймав привели в Москву.
В
1500 году Князья Мосальские и Хотетовские, Бояре Мцен-ские и Серпейские, быв гонимы за веру, отдались с вотчинами своими России.
В том же
1500 году Русские Князья, под 1494 годом упомянутые, владея пожалованными им от Польскаго Короля Казимира Литовскими тогда городами: Черниговом, Стародубом, Гомелью, Люоечем, Рыльском и прочими, также боясь Латинской веры, со всеми оными городами (от нынешних Калужской и Тульской губерний до Киевской) присягнули Великому Князю Ивану Васильевичу и присоединились к России.
Около сего 1500 года Калуга по летописям славилась красивою своею деревянною посудою.
В
1504 году Великий Князь Иван Васильевич в духовном завещании, при разделе детям городов и волостей, дал Василью Тарусу с Городцем и Исканьею, с Мышегою и с Колодною, В о-ротынск с Лагнинским и Крайшиным, Боровск с волость-ми и с Суходолом, с Истью, с Истервою, с Красным Селом, с Кре-менцом, с Песочною большою и с слободкою с Сосною на Шане, что садил Василий Карамышев, город Ярославец с волость-ми, город Медынь и Радом с вешками по Угру, да на Шане слободку, что Товарков садил по Угру же, с Песочною меньшою и проч.; Юрью — Серпейск, Димитрию — Мещеск, Андрею — Любутск, Семену, прозывавшемуся после Калужским, город Калугу с волостьми и с пустошьми, с селы и со всеми пошлинами, город Козельск с волостьми и с селы, а волости Козельския, Серенск да Людемеск да Коробки и Вырку, волости: Сенницу, Сытичи, Вышно и проч. При сем, кроме Ва-силья, всем прочим детям в Московской и Тверской землях делать деньги запрещено. (См. Собр. грам., ч. I, стр. 389).
Сия духовная грамота 1504 года, вполне напечатанная, представляет полную географию к тому 1504 году всего тогдашняго Московскаго Великаго Княжения; но здесь выписаны только те места, кои находились на пространстве нынешней Калужской губернии. Из них о городах будем писать ниже; а здесь коротко исчислим перемены в Козельских и Серпейских волостях, после 1504 года последовавшия.
Б о р я т и н, Козельская волость, от коей получили название Князья Борятинские, происходившие от Князей Черниговских, Та-русских и Мезецких, ныне помещичье село Барятино, в Мещов-ском уезде, от города в 15 верстах, на правом берегу речки Ки-сетомы, впадающей в речку Грецкую.
Ближевичи, Серпейской волости, ныне помещичье сельцо в Козельском уезде, от Мосальска на Югозапад в 63 верстах, в верховьях речки Десны, впадающей в речку Снопоть.
В ы и н о, Козельской волости, ныне село Вейны в Козельском уезде, по большой дороге от Козельска в Волхов, от перваго в 34 верстах, по обе стороны речки Вейны.
Гнездилово, бывший удел Князей Гнездиловских с Сер-пейским, отданных в 1504 году Князю Юрью, ныне економическое село в Мосальском уезде, от города в 13 верстах, на левом берегу речки Попольты.
Городечна, Серпейской волостной после село принадлежавшее Троицкой Лавре, а ныне економическое, в Мосальском уезде, по обе стороны речки Городенки.
Дегна, Серпейской золости, ныне помещичье село Дегонка» в Мосальском уезде, ст города в 46 верстах, на правом берегу речки Дегонки, вытекающей из озера Дегонскаго.
Ж е р е м и н, Козельской волости, ныне село Жеремино в Лихвинском уезде, от города в осьми верстах, на левом берегу реки Оки.
Замошья, Серпейской волости, ныне помещичье село в Мосальском уезде, от города на Югозапад в 37 верстах, на левом берегу реки Замошни, впадающей в реку Ужу.
Ковыльня, Серпейской волости, ныне помещичье село в Мосальском уезде, от города на Югозапад в 46 верстах, на правом берегу речки Ковыльни, впадающей в реку Болву.
Коробки, Козельской волости, ныне помещичье село в Козельском уезде, от города на С. 3. в 21 версте, на левом берегу реки Серены.
Кцынь, Козельской волости, ныне помещичье село в Жизд-ринском уезде, от города на Ю. В. в 36 верстах, по обе стороны речки Доброй, впадающей в двух верстах ниже Юдина в реку Снопоть.
Л и п и ц ы, Козельской волости, ныне помещичье село Липов-цы, в Мещовском уезде, от города на Восток в 23 верстах, на левом берегу речки Поповки, впадающей в 6 верстах ниже в реку Серену.
Лугань, Козельской волости, ныне погост в Мещовском уезде, на левом берегу реки Серены.
Людемеск, Козельской волости, ныне Людемской погост в Перемышльском уезде, от города в 32 верстах, близ почтовой до-
роги из Калуги в Юхнов. Сей Людемеск в первый раз упоминается еще около 1405 года.
Мощины, Серпейской волости, ныне помещичье село в Мо-сальском уезде, от города на север в 11 верстах, на правом берегу речки Свободы.
Погостище, Серпейской волости, ныне помещичье село в Жиздринском уезде, от горда к С. 3. в 35 верстах, на правом берегу реки Болвы.
Порыски, Козельской волости, ныне село Нижние Порыски или Прыски, в Козельском уезде, на почтовой дороге от Козель-ска в Перемышль, в четырех верстах от перваго, по обеим сторонам речки Хотенки, впадающей тут в реку Жиздру.
С н о п о т ь, Серпейской волости, ныне помещичье село в Мо-•сальском уезде, от города на Запад в 77 верстах, близ Смоленской границы, по обе стороны речки Лупицы, впадающей тут в реку Снопоть.
Сныхово, Козельской волости, ныне Сныхово Городище, пустошь в Мещовском уезде, по левому берегу речки Безвили и по обе стороны большой Калужской дороги.
Сныти ч и, Козельской волости, ныне помещичье село в Лих-винском уезде, от Лихвина на Ю. 3. в 25 верстах.
Фостовичи, Козельской волости, ныне село в Жиздринском уезде, от Козельска в 77 верстах по дороге в Карачев, на левом берегу речки Вельви, впадающей в 10 верстах ниже в реку Ресету.
X о с ц ы, Козельской волости, ныне село в Козельском уезде, от города в 12 верстах, при озере Святом, близ леваго берега речки Скороденки, в версте от леваго берега реки Жиздры.
Шуя, Серпейской волости, ныне село Шуя, Студенец тож, в Мосальском уезде, от города на Ю. 3. в 90 верстах, по обе стороны ручья Студенца, впадающего с правой стороны в речку Шуйцу, и с нею вместе в 12 верстах в реку Снопоть.
Фоминичи, Серпейской волости, ныне село и погост в Жиздринском уезде, от города на север в 43 верстах, по обе стороны речки Колодезя.
Выше сказано о запрещении в
1504 году удельным Князьям делать свои монеты. На пространстве нынешней Калужской губернии до того 1504 года делались монеты; по крайней мере в кабинетах остались деланный только Боровскими и Малоярославецкими Князьями. Калуга и Медынь с 1389 года принадлежали к уделу Можайскому, который также имел свои монеты с следующими изображениями:
Андрея Дмитриевича Можайскаго, родившагося в 1381 году, получившаго на удел свой Калугу, Медынь, Рощу и проч. в 1389 и умершаго в 1432 годах. 26
1. На одной стороне змей; на обороте надпись: Князь Андрей Дмитриевич. Серебра весом 12/ез золот.
2. На одной стороне всадник с соколом и надпись: Князь Великий. На обороте Человек у льва раздирает челюсти и надпись: Князь Андрей Дмитриевич. Серебра вес 13/8з золотника.
3. На одной стороне два человека стоя обеими руками держат копье; на обороте надпись: Князь Андрей Дмитриевич. Серебра
Вес 15/83 ЗОЛОТНИКОВ.
4. На одной стороне два человека соединены между собою затылками; на обороте надпись: Князь Андрей Дмитриевич. Серебра вес 12/8з золотника.
5. На одной стороне неясное изображение; на другой надпись: Князь Андрей Дмитриевич. Серебра вес 15/вз золотн.).
6. На одной стороне человек в обеих руках держит по бичу; на обороте надпись: печать Князя Андрея Дмитриевича. Серебра вес 12/83 золотника.
7. На одной стороне головка, перед которою часть дерева с сухою ветвию и кругом сокращенная надпись: Князь Андрей Дмитриевич, на обороте таже надпись в четыре строки.
Князя Михаила Андреевича, предыдущему наследника, которому с братом Иоанном в 1432 году Юрий Галицкий подтвердил Можайск, Рощу и Калугу.
1. На одной стороне всадник копьем колет змия, надпись: Князь Михаил Андреевич; на обороте бык бегущий с веревкою и надпись кругом: Князь Михаило Андреевич, серебра вес 10/8з золотника.
2. На одной стороне изображение предыдущей монеты; на обороте зверь, с надписью: Князь Михаило Андреевич, вес сереб. 10/8з золотника.
3. На одной стороне всадник, обратившись назад, из лука стреляет, под ним узел и три точки с надписью: Князь Михаило Андреевич; на обороте подпись Татарская. Серебра вес 7/вз золотника.
Ивана Владимировича, который родился в 1327 году, Князь Козельский с 1410, умер в 1423 году.
1. На одной стороне змий, на другой имя Князя, буквами, неправильно поставленными.
2. На одной стороне всадник; на обороте надпись: Иоаш. и с. (и Семен).
Семена Владимировича, котораго время рождения и смерти неизвестно, и которому в 1410 году отец его Князь Владимир Андреевич (Донской) отдал в удел Боровск.
1. На одной стороне две человеческия головы, обращенныя в противныя стороны, с надписью: с. м. и ива., т. е. Семен и Иван, на обороте надпись Арабская.

2. На одной стороне две человеческий головы, обращенный в противный стороны, и кругом надпись, читаемая с правой руки вверх: Семен Володимирович; на другой стороне надпись Арабская.
3. На одной стороне всадник с копьем, на обороте надпись: Князь Семен Владимирович.
4. На одной стороне всадник с копьем и собакою; на обороте надпись: Князь Семен Владимирович. Серебра весом 14/&8 золотника.
5. На одной стороне всадник, скачущий с обнаженною саблею; на обороте человек, у льва челюсть раздирающий, и надпись: Князь Семен Владимирович. Серебра весом 10/8в золотника.
Ярослава, или Афанасия Владимировича, который родился в 1398, Князь Малоярославецкий с 1410, и ум. в 1426 году.
1. На одной стороне два человека, держащие между собой копье концом вверх. Из круговой надписи осталось: ь. (т. е. печать) Афанасова; на другой стороне: человек как бы падающий с какого то зверя, имеющего на ногах по три пальца.
2. На одной стороне неясное изображение человека и надпись: печать Князя Ярослава; на обороте также надпись: печать Князя Ярослава.
3. На одной стороне надпись: Князь Ярослав; на обороте изображение зверя.
Василия Ярославича, Князя Боровскаго.
1. На одной стороне войн, обратясь лицеи налево, держит зе-ред собою меч. Надпись: Василий Ярославич; на обороте та же надпись в три строки.
2. На одной стороне Князь сидящий в креслах, с надписью кругом: Василий Ярославич; на обороте всадник, копьем поражающий змеиную голову, у локтя правой руки буквы: к. и., кругом надпись: Василий Ярославич.
3. На обеих сторонах всадники с одинакими кругом надписями: Василий Ярославич.
4. На одной стороне Князь стоящий в правой руке держит меч, а левую приложил к груди, и надпись: Князь Василий Ярославич; на обороте такаяже надпись. Серебра вес 8/8з золотника.
5. На одной стороне Князь с изображением, описанным на предыдущей монете; на обороте змей крылатый и надпись: Князь Василий Ярославич. Серебра весом 7/8В золотника.
6. На одной стороне всадник с коппьем и собакою; на обороте надпись: Князь Василий Ярославич. Серебра весом "Уев золотника.
7. На одной стороне Князь, на троне сидя, в правой руке держит скипетр и надпись: Князь Василий Ярославич; на обороте всадник, копьем змея поражающий, и надпись предыдущей подобная. Серебра вес 10/8в золотника. 28
8. На одной стороне всадник, который обратясь назад стреляет из л^ка, и надпись: Князь Василий Ярославич; на обороте надпись Татарская. Вес серебра 9/8в золотника.
9. На одной стороне изображение барса; на обороте только надпись: Князь Василий Ярославич. Серебра весом 10/88 золотника.
Нет сомнения, что в других музеях или собраниях находятся вышеисчисленных Князей монеты с изображениями несколько отличными.
1505 год как для Калуги, так и вообще для Московскаго княжения памятен тем, что тогда в Россию завезена болезнь сифи-лизм из Литвы, в Литву из Польши, в Польшу из Франции, а Западными Европейцами завоевана в 1492 году у Американцев.
В
1508 году Воротынския, Перемышльския и Мосальския вотчины и самые города утверждены за Россиею трактатом (см. Ис. Г. Р., т. VIII, стр. 23).
В том же 1508 году Малоярославец, Боровск и Медынь отданы в поместье Князьям Глинским, из Литвы бежавшим: первые два Михаилу, а последний Василью (там же, т. VII, прим. 40).
В
1510 году Князь Великий Василий Иоаннович, уехав в Новгород, братьев оставил: Юрья в Дмитрове, а Семена в Калуге (Рукописный Чиновник, лист 54 на обороте).
В
1512 году было на Калугу, не видно какое, неприятельское нашествие, упомянутое в записке Лаврентьева монастыря следующим образом: В лето 7020 нападоша на град Агаряны, против которых вышел Князь Семен Иоаннович Калужский с своими гражданами. Праведный Лаврентий, в дому его бывший, внезапу возопи гласом велиим: дадите ми секиру острую; нападоша псы на Князя Симеона, да обороню от псов его, и взем отыде. Князю же Симеону бившуся с Агаряны с Насады на Оке, Агарянам же во множестве обступившим Князя, внезапу обретеся на Насаде праведный Лаврентий, укрепляя его и все воинство ободрив реки си: не бойтеся, и в тот час победи Князь и прогна их, а праведный Лаврентий обретеся паки в дому Княжеском, аки юродствуя и говоря: обороних от псов Князя Симеона. Князь воззратився от брани поведа бывшее, како явися праведный и его укреплением и помощию победил врагов нашедших на город Калугу.
В том же 1512 году, Мая 8, Крымцы злодействовали около Алексина, Коломны, Воротынска, Волкона. (Ист. Г. Р., т. VII, прим. 86).
В том же
1512 году, 15 Мая, сыновья Крымскаго Хана Ахмет и Бурнаш Гирей ворвались в области Белевския и Одоевския, злодействовали как разбойники и бежали, узнав, что Князь Даниил Щеня спешил их встретить. Могло случиться, что из оных Крымских войск какой нибудь отряд (как говорится в Лаврентьев-ской записке) приходил и в Калугу. — При том в это время на Угре была великая армия: в большом полку Боярин и Воевода Князь Даниил Васильевич Щеня, о коем выше говорено, в передовом полку Боярин и Воевода Князь Михаиле Иванович Булгаков, в правой руке Князь Борис Иванович Горбатой, в левой руке Князь Андрей Иванович Оболенский, в сторожевом полку Князь Тимофей Александрович Тростенский с другими Воеводами, в Чиновнике на 56 стр. описанными; а брату своему Князю Андрею Ивановичу Великий Князь велел стоять у Тарусы. (Там же, стр. 57 на обороте).
В
1513 году Июля 18 числа, Великий Князь Василий Иванович прибыл в Боровск для Смоленскаго своего дела; с ним были братья его Князья Дмитрий и Андрей; из коих последняго Великий Князь тогдаж отпустил в Тарусу, а сам 5 Сентября из Боровска пошел к Смоленску (Чинов., листы 57, 58 и 68).
В том же 1513 году, Наурус с Князем Михаилом Ивановичем Булгаковым, находились на Угре. Армия была там два раза, из коих в последний все Воеводы по полкам переменились.
В том же 1513 году Россияне, ходившие под Смоленск, привели в Боровск многих Смоленских пленников.
В
1514 году, на Угре Великий Князь оставил Воеводу Боярина Семена Ивановича Воронцова.
В
1515 году, Великий Князь Василий Иоаннович пожаловал Димитрию Мирославичу в Медынском уезде село Сковородинское с деревнями. Акты, т. I, № 160.
В том же 1515 году, Августа 1, преставился Лаврентий праведный. Мощи его лежат в раке под спудом в нижней церкви Лаврентьева монастыря, где ныне Архиерейский дом.
В том же 1515 году спасавшийся в Боровском Пафнутьевом монастыре святый и праведный Давид учредил в 23 верстах от Серпухова Давидовскую Вознесенскую пустынь.
Около сего 1515 года между подарками, отправленными с Послом Васильем Андреевым (вероятно Коробьиным), к Константинопольскому Патриарху Пахомию, Тверской Епископ Нил послал три става Калужских (см. Продолж. Вивлиофики, ч. VI, стр. 4). Сим подтверждаются иностранныя известия, что Калужские изделия были тогда в большом уважении.
В
1517 году, в Генваре, Калужский Князь Семен Иоаннович хотел бежать в Литву. (См. Софийс. Времян., стр. 213).
В 1518 году 26 числа Июня скончался Князь Семен Иоаннович Калужский, на 31 году от рождения; тело его положено в Московском Архангельском Соборе.
В
1520 году на Угре Воеводы были Князь Александр Васильев сын Кашин и Князь Василий Дмитриев сын Мещерский.
В
1521 году, по случаю перехода через Оку Крымскаго Хана Махмет Гирея с сыном, в Тарусе с войсками был Воевода Князь 30
Михаиле Данилович Щенятев, а на Угре Воевода Князь Василий Семенович Одоевский с товарищами их, описанными в Чиновнике на 99 и 100 листах.
В том же
1521 году, Иоанн Углицкий в духовной упоминает
о Мещовске.
В
1526 году Герберштейн, Посол Немецкаго Императора Мак., симилиана, в Московских своих Записках, описывая Калугу и Воротынск, заметил, что Калужане, весьма искусно вырабатывая деревянную посуду, развозят ее повсюду: в Москву, в Литву и. другия окрестныя страны. Нейгебауер в книге: Мозсоша повторяет тоже.
В
1528 году в Августе, в Калуге Воеводы (при полках) Князь Василий Андреевич Ногтев да Наместник Князь Иван Овчина Федорович Телепнев с товарищи.
В
1529 году, также в Августе, в Калуге Воеводы Князь Дани-ло Дмитриевич Пронской. Князь Михаиле Михаилович Курбской» Князь Иван Андреевич Прозоровский, Князь Семен Федорович Мезецкой, Наместник Князь Ивано Овчино Федорович Телепнев-Оболенский (см. Чиновника листы 114 и 118).
В том же
1529 году грамотою К. К. Василья Иоанновича запрещено истреблять леса Боровскаго уезда села Воронцова, принадлежавшими тогда Троицкой Лавре. (См. Акты, I. I, № 175).
В
1532 году Крымский Хан грозил, что он со многими Ордам» пойдет в Украину на Великаго Князя. В. К. Василий Иванович,, услышав о тех угрозах, отправил Воевод Князей Семена и Ивана Бельских, да Бояр Князя Михаила Васильевича Кисла да Михаила Семеновича Воронцова и других Воевод с великим множеством Княжат, дворян и детей Боярских из всех городов с пушками29 на Оку. Сии войска размещены были по берегам от Коломны до Каширы, от Каширы до Сенкова, и Серпухова, от Серпухова до Калуги и Угры ь таком количестве, какого прежде не было. (Софийской Времянник, стр. 317).
В том же 1532 году в Генваре в Козельске с войсками были Воеводы: Князь Иван Михайлович Воротынской, Князь Петр Иванович Репнин, в передовом полку Князь Иван Овчина Телепнев и другие. На Угре особо были Воеводы Князь Иван Михайлович Шуйской с другими.
Около
1533 года уже в третий раз славится Калужская посуда (См. И. Г. Р., т. VII, стр. 206).
В
1534 году в Боровске были Воеводы Князья Федор и Вася-лий Одоевские, Князь Александр Андреевич Хохолков Ростовский и Боярин Иван Григорьевич Морозов; на Угре особо Князь Василий Андреевич Ноготков Оболенский и другие.
В
1536 году Июля 28 дня в сторожевом полку в Калуге Воевода Боярин Князь Андрей Дмитриевич Ростовский, на Угре Князь Данило Дмитриевич Пронской с другими.
В
1537 году на Угре Воеводы теже, т. е. Князь Данило Дмитриевич Пронской с другими.
В
1538 году в августе, в Калуге Воеводы были Князь Федор Андреевич Пронской, Наместник Князь Петр Федорович Охлеби-«ин; на Угре в большом полку Князь Иван Михайлович Шуйский и другие.
В
1539 году на Угре Воеводы были по полкам Князь Иван Андреевич Ростовский-Катырев и другие.
В
1540 году Великий Князь (Царь Иоанн IV) велел быть на Угре Князю Ивану Прозоровскому, из Калуги Ивану Семеновичу Ногтеву, из Боровска Ивану Петровичу Федорову, из Одоева Князю Федору Ивановичу Одоевскому, а Князю Ивану Ногтеву «статься на своем жалованье в Калуге.
В
1541 году в Калуге были Воеводы: Князь Роман Иванович Одоевский, Иван Петрович Федоров, Семен Константинович Заболоцкий и Князь Михаил Марианской (см. Чиновника, стр. 180).
В том же 1541 году шел в Москву и был уже у Оки, Крымский Хан Сафа или Саип Гирей: но увидев на другом берегу Оки войско Московское, удалился. (См. И. Г. Р., т. VIII, стр. 64).
В
1543 году в Калуге были Воеводы (с полками): Князь Богдан Александрович Трубецкой, Иван Юрьевич Сабуров, Иван Григорьевич Очин-Плещеев, Князь Иван Александрович Кашин, Князь Михаил Марианской.
В
1544 году в Калуге были Воеводы: в большом полку Князь Федор Иванович Одоевский, да Калужский Наместник Князь Ми-хаило Иванович Воротынский, и другие (см. Чиновника, стр. 194).
В том же 1544 году в большом полку Боярин и Наместник Калужский Князь Михаиле Васильевич Кипрской, да Думный Дворянин и Наместник Кромской Иван Васильевич Кавтырев.
В том же
1544 году в Казанском походе были между прочим:
Боровской Наместник Василий Михайлович Михалков,
Серпейский Наместник Иван Михайлович Чернышев,
Лихвинский Наместник Князь Михайло Васильевич Ко-локольцев,
Калужской Наместник Князь Михайло Васильевич Кипрской,
Мосальской Наместник Иван Васильевич Стрекалов.
В
1545 году против Крымских Царевичей шло войско на Калугу, в нем были Воеводы: в большом полку Князь Иван Михайлович Катырев, в передовом Князь Михайло Васильевич Ол..„ в левой руке Князь Иван Михайлович Курлятев, в Ертаульном полку Дмитрий Иванович Сумбулов с прочими, в сторожевом полку Окольничей Василий Андреевич Сабуров; а грамоты о сем походе посланы между прочими городами: в Мещовск, в Воротынск, в Перемышль, в Лихвин, в Серпейск и Мосальск.
В
1546 году в Калуге Воеводы были Князь Богдан Александрович Трубецкой да Князь Михайло Михайлович Троекуров.
В
1547 году в Июле месяце в Калуге Воеводы Князь Семен Иванович... да Князь Михаиле Андреевич Трубецкой, Наместник Калужской Князь Иван Васильевич Оболенской-Горенской, Кн°.зь Иван Васильевич Шемяка-Пронской.
В том же
1547 году в Калуге были по Крымским вестям Астраханской Царевич Едигер и с ним Князь Иван Михайлович Воротынский.
В том же
1547 году в Калуге был из Можайска Воеводой Иван Васильевич Шемяка-Пронской.
В том же
1547 году Пафнутий Боровский от кончины его на 68 году на Московском соборе с прочими в России святостью прославившимися мужами, причтен во Святые и праздновать ему установлено 1 Мая.
В
1548 году, в Июле месяце, в Калуге Воеводы были: в большом полку Князь Богдан Александрович Трубецкой, в передовом Князь Иван Васильевич Горенской, в правой руке Князь Осип Тимофеевич Тростенской, в левой руке Василий Михайлов сын Матушкин-Борисов, в сторожевом полку Князь Иван Иванович Лыко-Оболенский Меньшой.
В
1549 году в Калуге Воеводы были в большом полку Князь Богдан Александрович Трубецкой, в передовом Князь Василий Гага Княж Андреев сын Великаго, в правой руке Князь Иван Андреевич Булгаков, в левой Князь Иван Тимофеевич Тростенской и в сторожевом Осип Тимофеев сын Тростенской.
В том же
1549 году в Калуге в другой раз был Астраханской Царевич Едигер и с ним Михайло Михайлович Старого.
В том же
1549 году в Козельске Воевода Иван Григорьев сын Очин Плещеев, да сын его Захарий.
В
1550 году в Калуге Воеводы были Князь Богдан Александрович Трубецкой, да Калужский Наместник Князь Иван Тимофеевич Тростенской.
В том же 1550 году Мая 25 в Калуге Воеводы были: в большом полку Князь Богдан Александрович Трубецкой, в передовом Князь Семен Княж Иванов сын Гуидоров, в правой руке Князь Василий Андреевич Трубецкой, в левой Князь Иван Тимофеев сын Тростенской, в сторожевом полку Князь Михайло Михайлович Троекуров.
В том же 1550 году Октября 2 числа Царь Иван Васильевич в Москве и около Москвы роздал в поместье тысяче лучших слуг: в том числе:
Из Калуги Князьям Горенскому и Кашиным, Охлебинину, Борятинскому и проч.
Из Тарусы Князьям Шемякиным-Пронским, Булгакову, Барятинским, Ладыженским.
Из Воротынска Савиным, Капустиным, Блудовым, Еропкиным.
Из Мещовска Бровке-Коптеву, Кондыреву, Гриде Головину.
Из Козельска Игнатьевым и Тургеневу.
Из Боровска Князю Ивану Боровитинову Мещерскому, Дав-левым, Лопатиным, Загряжским, Чертову, Мещерскому, Обляеву (см. Древней Вивлиофики, ч. VIII, стр. 17).
В том же 1550 году Стоглав и Судебник. По первому запрещены: зернь, шахматы, тавлеи, влирии, плескания над дельвами и припивания из корчаг; а по второму платилось неделыцикам от Москвы до Боровска 50 копеек, от Москвы до Калуги один рубль, от Москвы до Козельска рубль с четвертью. Сии законы употреблялись до Уложения.
В 1551 году с 15 числа Ноября, по случаю нашествия Крымских людей на Белевские и Карачевские места, в Белеве был Воеводою из Калуги Наместник Князь Иван Княж Тимофеев сын Тростенской.
В том же 1551 году Царь и Великий Князь Иван Васильевич послал в Мещовск Михаила Петрова сына Головина, в Сер-пейск и Мещовск Фому Иванова сына Третьякова, чтобы они собрав там детей Боярских шли в Белев беречи своего дела.
В том же 1551 году в Козельске Воевода Князь Данило Семенович Одоевский.
В том же 1551 году в Калуге Воеводы были: в большом полку Князь Дмитрий Иванович Микулинский, в передовом Семен Васильевич Шереметев, в правой руке Князь Иван Васильевич Го-ренской, в левой Князь Иван Иванович Кашин, в сторожевом полку Князь Иван Тимофеевич Тростенской.
В 1552 году в Июне месяце в Калуге Воеводы были: в большом полку Князь Иван Михайлович Троекуров, в передовом Князь Иван Михайлович..., в сторожевом Князь Иван Васильевич Горенской-Оболенской.
В 1553 году с Июня в Калуге были Воеводы: в большом полку Князь Иван Федорович Мстиславский, и Князь Петр Семенович Серебряный, в передовом Князь Петр Андреевич Куракин» да Михаило Иванович Вороного, в сторожевом Князь Иван Васильевич Горенской и Василий Петров сын Головин.
В том же 1553 году из Калуги Князю Федору Ивановичу Мстиславскому с товарищи велено идти в Одоев.
34
В том же 1553 году Царь Иван Васильевич прислал в Калугу Дербыша Князя Нагайского, потом Царя Астраханскаго; вероят* но потому что в следующем 1554 году Астраханское Царство присоединено к России и Российскому Государству, сделана перепись. В 1555 году на Угре Воевода Князь Михаило Петрович Репнин; а город делал Григорий Иванов сын Нагой.
В том же 1555 году Июня с 20 числа на Угре Воеводы Князь Григорий Семенович Одоевский да Григорий Нагой.
В 1556 году Царь и В. К. Иван Васильевич, по случаю нашествия Крымских людей, Октября 26 числа велел быть в Калуге и Серпухове Воеводам по полкам Князю Ивану Дмитриевичу Бельскому и другим исчисленным в Чиновнике на 309 листе.
В том же 1556 году Воеводы отпущены, а в Калуге остав-: лены Князь Юрья Иванович Кашин и на Угре Князь Данило Се-: менович Одоевский, да Князь Юрья Семенович Борятинской.
В том же 1556 году Астраханскому Царевичу Каибулу велено быть в Тарусе.
В том же 1556 году Царь Иван Васильевич выменил у Князя Владимира Андреевича на Алексин Боровск и посад. (См. И. Г. Р., т. IX, прим. 273).
В 1558 году в походе на Литовские города между прочими Воеводы были: Серпейской Наместник Михаило Васильевич Сумароков, и по тому ж случаю в Новгороде Лихвинской Н а м е с т-: ник Иван Васильевич Головин.
В 1561 году с 9 числа Мая Царь Иван Васильевич был в Обо-ленске, в Калуге, в Перемышле, в Козельске, в Воротынске, и в тамошних дворовых селах.
В том же 15Ы годг Мая 26 Царь Иван Васильевич выменил у Владимира Андреевича Вышгород на Петров с уезды.
В 1562 году Дворянин Роман Васильевич Алферьев с званием Калужскаго Наместника был при заключении мира с Лифлян-дами.
В 1553 году Козельск, Перемышля два жребья, Лихвин30, Ярос-лавец с Суходровью, Медынь с Товарковым, Вышегород на По-ротве, Опаков на Угре с прочими многими городами, причислены в о п р и ч и н у, т. е. на содержание Царскаго двора в Александрове.
В том же 1563 году Царь Иван Васильевич был в Оболенске.
В 1564 году присланы в Калугу для употребления в церквах печатныя книги в первый раз, а до того времени были рукописные.
В том же 1564 году в Калуге содержались Крымские Послы Ямбулдуй с товарищи.
В 1565 году по вестям о нашествии Крымских людей 19 мая посланы в Калугу на подводах Иван Шереметев Меньшой (см. Древ. Вивл., т. XIII, стр. 367).
В том же 1565 году Июня 26 числа Царь писал в Калугу К Боярам и Воеводам, чтобы по вестям сходились к Боянскому лесу. (Там же, стр. 367 и 373).
В 1566 году Апреля 26 числа Царь Иван Васильевич опять был в Козельске.
В 1570 году Калугу, так как и другие города Русской земли, постигли голод и моровая язва.
В 1571 году Калужане Ждан и Иван Васильевы дети Юденко-вы с разбойником Кудеяром бежали к Крымскому Хану Дев-лет Гирею и приглашали его воевать Россию; Хан явился и 24 Мая сжег Москву. (И. Г. Рос., т. IX, прим. 352).
В том же 1571 году в Тарусе было войско из опричины;в большом полку Воеводою был Князь Михаиле Темрюков Черкасский с другими описанными в IX т. И. Г. Р-, прим. 365.
В 1572 году войско на Оке бывшаго Воеводы: в Калуге с передовым полком Князь Михайло Лыков, в Тарусе на правой руке Василий Колычев.
В том же 1572 году войска, против Крымских Татар на Оке находившагося, Воеводами были в Калуге: с передовым полком Князь Андрей Петрович Хованский, в Тарусе на правой руке Князь Никита Романович Одоевский.
В том же 1572 году Царь Иван Васильевич в духовной расписал города нынешней Калужской губернии следующим образом: Князю Ивану Боровск, Перемышль, Воротынска треть, Городень, Кременск, Калугу, Ярославец Малой, Вышегород.
Князю Феодору Козельск, Серпейск, Воротынска треть, последняя же треть сего города осталась Князю Михаилу Воротынскому.
В 1576 году в Калуге был Воевода, на место Федора Шереметева, Князь Федор Лобанов Ростовский.
В том же 1576 году, вероятно против Хана Крымскаго Девлет Гирея, шедшаго в Россию с 50000 войском, после с Молочных вод удалившагося в Крым, Царь Иван Васильевич на походе был в Калуге и с ним Князь Василий Иванович Шуйский.
В 1578 году Послы Польскаго Короля Батория требовали всех древних Российских областей от Калуги до Чернигова и Двины. (См. И. Г. Р., т. IX, примеч. стр. 282).
В 1579 году в походе против Батория, Короля Польскаго, между прочими Воеводами были: Мосальской Наместник Князь Василий Михайлович Курбской,
Из Лихвина Наместник Иван Васильевич Голутвинов, с
полком.
Из Козельска Наместник Иван Васильевич Лыков с ьол-
ком.
Из Мещовска Наместник Иван Васильевич Нечаев.
Из Перемышля Наместник Василий Михайлович Баранчеев с полком.
Из Боровска Наместник Григорий Михайлович Пыжов с полком.
Из Серпейска Наместник Иван Михайлович Чернышев с полком и другой Жераковской с полком же.
Из сих Наместников Козельский, Перемышленский, Серпейский и Лихвинский были при взятии Полоцка; а Воротынской Наместник Иван Михайлович Князь Воротынской послан был тогда под Оршу.
В 1582 году в Серпухове, Тарусе, Калуге и Коломне с войсками стояли Воеводы Князь Федор Иванович Мстиславский, Князь Иван Константинович Курлятев и другие, в Разрядных Книгах под сим годом исчисленные.
Около сего 1582 года в описании Европейской Сармации Итальянец Гвагниний Калугу неправильно причислил к городам Рязанским. Там же сказано: 1п ^иа яиоЦпшз ргаезШа соп!га Тигсаз зШш зо1еп{, т. е. в ней ежегодно для защиты от Турков учреждены гарнизоны; но сии гарнизоны, как выше видно, присылались от Государей Московских. Воротынское Княжение, от Калуги в трех милях, описано особо.
В 1584 году Михайло Головин из Медынской своей вотчины, села Маковца, бежал к Польскому Королю Баторию, приглашать его нелепыми рассказами воевать Россию (Никон. Летопись, VIII, 8).
В том же 1584 году Крымские шайки вместе с Азовцами и На-гаями Казыева улуса жгли селения в уездах Белевском, К о з е л ь-ском, Воротынском, Мещовском и Мосальском. Вероятно по сему случаю в том же 1584 году войска стояли в Калуге на берегу Оки; Воевода был с передовым полком Стольник Князь Андрей Д. Хилков (см. Разряд. Книги).
В 1587 году опять Крымские Татары Нагаи Казыева улуса, вместе с Азовцами, жгли селения в Воротынском, Мещовском и Мосальском уездах. Калужской Воевода Думный Дворянин Михайло Андреевич Безнин, встретив их на берегу Оки под слободою Монастырскою, разбил на голову и отнял пленных (см. Лызлова в Скифской Истории, кн. IV, стр. 68 и Летопис. о многих мятежах).
В том же 1587 году, на случай нашествия Крымскаго Хана Гирея, в Серпухове, Тарусе, Калуге и Коломне поставлено бы-; ло на Оке пять полков: Глинскаго, Одоезскаго, Черкасскаго, Прон-скаго и Туренина (см. История Кн. Щербатова, ч. I, стр. 114),
В 1588 году Козельск сделан Почетной Епархией Митрополитов Сарских, а Таруса Архиереев Суздальских, начали писаться
первые Митрополитами Сарскими, Подонскими и Козельски-м и, а вторые Архиепископами Суздальскими и Тарусскими.
В 1589 году скончался Иоанн благоюродивый, который, юродствуя в Калуге, намекал будущее31.
В 1591 году с Князьями Мстиславским, Трубецким, Черкасским и Голицыным расставлены были опять войска в Серпухове, К а-луге, Алексине и Коломне, по причинам в 1587 году упомянутым. (Ист. Кн. Щерб., стр. 307; Карамз., т. X, стр. 146).
В 1592 году Мосальскаго уезда село Чертень Царем Феодором Иоанновичем отдано Московскому Девичьему Монастырю на поминовение дочери Феодосии, в том году скончавшейся.
В том же 1592, 1595 и 1597 годах Крымские Татары опять впадали в Мещовскую, Козельскую, Воротынскую и Перемышльскую область; но тот же самый Воевода Безнин встречая их, особливо на берегу реки Выссы, на которой лежит, отражал с успехом.
В том же 1592 году в Боровске проездом из Москвы был Тер-новский Митрополит Дионисий. О принятии его Грамота в Истории Российской Иерархии, т. III, стр. 43432.
В том же 1592 году был в Боровском монастыре на богомолье Царь Федор Иоаннович.
В том же 1593 году, по указу предыдущего года, прекращен переход крестьян от одного помещика к другому. Это первое в России крепостное право на крестьян33.
В 1595 году Царь Феодор Иоаннович опять в Боровске был на богомолье.
В 1596 году Калужские выходцы, не видно по какому случаю, поселились в Пермской области в городе Осе.
В том же 1596 году Мещовскаго уезда, в поместье Дьяка Щел-калова, установлены торги, т. е. ярмарка (см. Акты, ч. I, № 366).
В 1598 году, при избрании на Царство Бориса Годунова, в Москве находились и Грамоту подписали Галактион, Архиепископ Суздальский и Тарусский, из Боровска Пафнутьева монастыря Игумен Иоасаф и Келарь старец Геласий; светских Депутатов города, от коих они были присланы, при подписке их к грамоте, не означено.
В том же 1598 году в К а л у г е находился передовой полк многочисленнаго и славнаго войска Годунова. Воеводой онаго был Князь (после Царь) Василий Иванович Шуйский, а в Чиновнике под сим годом на стр. 346 сказано, что в передовом полку в К а-луге Воеводой был Князь Александр Андреев сын Репнин. — Близ Перемышля и Боровска сделаны были по чертежам Годунова засеки и на Оке плавная или судовая рать.
В 1599 году Калуга с другими городами и волостями (не но, какими) отдана на содержание Густаву, сыну бывшаго де Шведскаго Короля Ерика, нареченному зятю Царя Бориса
38
дунова; но сей Густав, лишась расположения будущаго своего тестя, почти тогдаж сослан в Углич, потом в Ярославль и в 1607 году умер и погребен в Кашине.
В 1604 году в Калуге Воеводою был Князь Афанасий Куда-шев, как видно из жалоб ехавшаго тогда из Москвы Венеция н-скаго ювелира Асцентиния, потерпевшаго от Князя Кудашева мно-гия обиды. Это видно из Записок Асцентиния (Мепкмгез сГАзсеп-Шп), в которых ювелир рассказывает о свирепствовавшей тогда в России повальной болезни, холере.
В том же 1604 году, по случаю похода из Польши в Москву Гришки Отрепьева, Царь Борис Годунов указал, чтобы с прочими ратными людьми, все Патриаршие, Митрополичьи, Архиепископские, Епископские и монастырские слуги, сколько их было годных, собравшись со всяким поспешением с оружием и с запасами, шли в Калугу к Боярину Федору Ивановичу Мстиславскому с товарищи, из коих в левой руке Князя Мстиславскаго Воевода был Иван Иванович Годунов.
В том же 1604 году Князь Мстиславский вверенныя ему войска из Калуги повел в Брянск, но после нескольких битв с шайками Самозванца отозван в Москву, а Иван Иванович Годунов при сопротивлении его в городе Кромах шайками Самозванца, схвачен и скованный представлен Самозванцу.
В 1605 году в Июне от Самозванца в Калуге получена Грамота, коей, извещая о восшествии своем на престол Московскаго Государства, требовал присяги на имя Царицы (мнимой) матери, инокини Марфы Феодоровны и его Царя Димитрия, укрытаго будто бы невидимою силою от Бориса Годунова.
В 1606 году в Мае прибыл из Москвы в Калугу чиновник для приведения Калужских обитателей к присяге Царю Василию Ивановичу Шуйскому.
В то же время Князь Григорий Шаховской, посланный в Пу-тивль для приведения к той же присяге жителей тамошняго края, не только не исполнил Царскаго указа, но уверил тех жителей, что в Москве убит не Лжедимитрий, который будто бы скрылся, но какой то Немец. При чем Князь Шаховской, имея при себе Государственную печать, похищенную им в Москве при умерщвлении Отрепьева, писал во все города южной России грамоты с увещаниями отложиться от Царя Василья Шуйскаго; он объявил Воеводою Ивана Болотникова, бывшаго прежде холопом у Князя Телятевскаго; к нему пристали двое Князей Мосальских и Князь Михайло Долгоруков. Царь Василий Иванович Шуйский послал на сих мятежников к Ельцу Боярина Князя Воротынскаго и Князя Юрья Трубецкаго с 5000 всадников; но как скоро Болотников напал на сей отряд: то Полководцы Царские Князь Во-ротынской и Князь Трубецкой обратились в бегство. Болотников
пленных топил, рубил, казнил. Орел, Мценск, Калуга и вся об^ ласть Рязанская пристали к бунтовщикам, измена распространилась от пределов Тулы и Калуги к городам Смоленским и Тверским. К Тверитянам между прочим присоединились жители С е р-п е 1гс к а: везде злодеев били и выгнали их из Можайска. Измайлов, рассеяв многочисленную шайку изменников, Князя Михаила Долгорукаго осадил и побил мятежников в Козельске.
В том же 1606 году (в Октябре) Болотников, Пашков и Ляпунов, покорив Коломну, приближались к Москве и в селе Коломенском объявили Царя Василия Ивановича Шуйскаго сверженным; но по увещаниям духовенства Ляпунов Ноября 30 дня, явился к Царю с повинною и получил чин Думнаго Дворянина. Другие мятежники упорствовали; но у Данилова монастыря Князем Скопи-ным Шуйским были разбиты и передались также к Царю; только Болотников с Казаками, холопами и Северскими бродягами, ушел сперва к селению Заборью, где, потеряв с атаманом Беззубцевым всех Казаков, ушел к Серпухову, но не быв впущен в оный, удалился в Калугу, укрепил ее глубоким рвом и валами, собрав тысяч десять бродяг и беглецов, готовился к обороне, от Север-ских изменников требовал вспоможения и более человека, который бы представлял лице убитаго Лжедимитрия.
В том же 1606 году Царь Василий Иванович Шуйский, прислав в Калугу Князя Никиту Андреевича Хованскаго и под Ко-зельск Артемья Васильевича Измайлова, потом в Калугу же Боярина Князя Ивана Ивановича Шуйскаго, который 30 Декабря при устье реки Угры, имея с Болотниковым кровопролитное дело, одержал гад ним верх, потом осаждал его в Калуге два раза безуспешно.
В 1607 году Царь Василий Иванович Шуйский, прислав под Калугу Князя Федора Ивановича Мстиславскаго, Князя Михаила Васильевича Шуйскаго, и Князя Бориса Петровича Татева, которые к Калужскому острогу подвели деревянную гору и хотели ее зажечь, но Болотников прежде их, вышедши из острога со всеми людьми, сам зажег ту гору, при чем многих людей побил и ранил. (См. летоп. о Мятежах, стр. 113).
В том же 1607 году из Путивля и других городов пришли с Воеводой Кн. Васильем Мосальским воры к Калуге на Вырку, о чем Бояре услышав послали против Князя Мосальскаго из под Калуги Боярина Ивана Никитича Романова и Князя Даниила Ивановича Мезецкаго со многими ратными людьми, кои, встретив мятежников на реке Вырке, бились с ними день и ночь, и поразив их на голову, убили и Воеводу их Князя Мосальскаго. До-стальные из мятежников, седши на зелейныя, т. е. пороховыя бочки, и поджегши их, сами себя истребили злою смертью, а Бояре возвратились под Калугу (там же, стр. 114).
40
В том же 1607 году Донской Казак Илейка, бывший холопг Свияжского стрелецкаго Головы Григория Елагина, после ужасных злодеяний учиненных им в Казани, Астрахани и других местах под именем Царевича Петра, похищеннаго будто бы у Царя Феодора Иоанновича с шайкой воровских людей из Путивля пришел в Тулу, где, дождавшись Порожских Черкасов, всю эту сволочь отправил под Калугу с Воеводою Князем Андреем Телятев-ским. Воры, не доходя до Калуги стали на Пчельне34, о чем услышав Бояре, бывшие под Калугою, послали против мятежных шаек Бояр и Воевод с ратными людьми, Князя Бориса Петровича Татева и Князя Андрея Черкасскаго, которые на Пчельне начали битву; но мятежники, одержав поверхность, убили обоих Воевод со многими людьми, достальные из Царской рати возвратились к полкам под Калугу. На другой день Болотников, сделав вылазку,, так испугал Царское войско, что Бояре с ратными людьми бежав к Москве кинули орудия, снаряды и даже жизненные припасы. Они остановились в Боровске; но 15000 воинов Царских, в том числе 100 Немцев, пристали к мятежникам.
В том же 1607 году, почти тогда же пришел под Козельск изменник Князь Михаиле Долгоруков с великим множеством мятежников; но Воевода Артемий Михайлов оную многочисленную шайку Князя Михаила Долгорукаго в Козельске осадил. Потом услышав, что Бояре из Калуги ушли, оставленный ими снаряд со всеми ратными людьми отвел в Мещовск (см. Летоп. о Мятежах, стр. 117).
160835 года в Генваре Царь Василий Иванович Шуйский послал под Козельск Князя Василия Литвинова Мосальскаго с ратными людьми, а в Лихвин, Волхов и Белев Князя Третьяка Сеита, из коих Князь Василий стал между Козельском и Мещовском (там же, стр. 120).
В том же 1608 (7116) году, неизвестно откуда, явился в Ста-родуб еще Самозванец Андрюшка Нагой, котораго похождения несколько разнообразней и любопытней его предшественников. Царь Василий Иванович, услышав, что Андрюшка идет под Брянск, велел Воеводе Григорью Симбулатову послать из Ме-щовска людей проведать и город Брянск сожечь. Посланные Сим-булатовым 250 человек, выбрав из себя голову Елизара Безобра-зова, выжгли Брянск и возвратились в Мещовск; а между тем Андрюшка удалился сперва в Карачев, оттуда в Козельск, где У Кн. Василья Мосальскаго побил много ратных людей (там же, стр. 122).
В том же 1608 году Болотников из Калуги удалился в Тулу, где вместе с Телятевским и Шаховским, быв затоплены Боярским сыном Кравковым, передались Царю Василью Ивановичу Шуйскому; они обещали Царю отдать и Самозванца Илейку, 10 Ок-
тября Боярин Колычев вступил в Тулу, взял там и представил Царю Василью Ивановичу Шуйскому Телятевскаго, Шаховскаго, Болотникова и Самозванца Илейку, который по присылке в Москву повешен на Серпуховской дороге под Даниловым монастырем, а Шаховской и Болотников отправлены в ссылку; но Калуга и Козельск еще противились, да и вся Южная Россия от Десны до устья Волги признавала Царем Андрюшку Нагова, из под Тулы удалившагося к Трубчевску, — сообщники Болотникова в Калуге оставались с атаманом Скотницким.
В том же 1608 году Царь Василий Иванович .Шуйский прислал в Калугу прощеннаго изменника Атамана Беззубцова убеждать ее жителей, чтобы смирились, но Калужане отвечали: не знаем Царя кроме Димитрия, ждем и скоро его увидим же Царь предложил четырем тысячам Донцов, под Москвою битве ему сдавшимся, загладить вину свою взятием Калуги, цы клялись поручение исполнить и в Калужский стан к ревым Воеводам прибыли; но через несколько дней так взбунто вались, что сами Воеводы, ими напуганные, бежали в Москву, а из Донцов часть вступила в Калугу, иные ушли к Самозванцу.
Тогда же, при осаде Брянска Андрюшкой Нагим, новая шайка Казаков, не видно откуда прибывшая, представила ему еще чет-вертаго Самозванца Царевича Феодора, втораго будто бы Царицы Ирины, супруги Феодора Иоанновича. Андрюшка тогад же велел Федьку умертвить (Летоп. о Мятежах, стр. 125).
В том же 1608 году, в бытность Андрюшки Нагова в прибыл туда Гетман Ружинский, с коим Андрюшка взял и с Болховцами приближаясь к Калуге, стал на устьях Угры, когда беглецы начали умножать силы Самозванца, тогда цы с берегов Оки с Князем Ситовым ушли в Москву с ..____... <там же, стр. 129 и 130).
Тогда же посланные в Калугу против Андрюшки Князь Скопин Шуйский и Боярин Иван Романов остановились берегах реки Незнани (по нынешнему названию Десны), товились к битве; но главные сподвижники Скопина и Воеводы, Князь Иван Катырев, Юрий Трубецкой, . и Невтев, изменили им, за что и наказаны. Между тем Нагой, июня 1 числа, с Ружинским обошедши царское приблизился к Москве, и остановился в Тушине. После в летописях начал именоваться чаще вором Тушинским.
В том же 1608 году Июля 25 числа Царь В. И. Шуйский ключил с прибывшими из Польши Послами Трактат, по Воевода Сендомирской с дочерью Мариною, вдовою убитаго ки Отрепьева, отпущены в отечество; но они с дороги лись в Тушино, и Марина Андрюшку Нагова признала за жа, будто бы от убийства спасшагося. 42
В том же 1608 году Поляки Коломенскаго Епископа Иосифа приковали к пушке, возили по городам для посмеяния над его саном и правоверием (см. Иннок. Церков. Ист., ч. II, стр. 539).
В 1609 году Запорожские Казаки разграбили Козельск и Мо-сальск (см. Маскевича, стр. 23).
В том же 1609 году Декабря 27 числа Лжедимитрий Тушинский, по убеждению некоторых Россиян, оставя Марину в Тушине, бежал из-под Москвы в Калугу (отрывок летописи, Герако-вым изданной, стр. 137).
В 1610 году, Генваря 1 числа, вор Тушинский с шутом Коше-левым прибыл туда, остановился в Лаврентьевском монастыре близ Калуги и отправил к жителям ея несколько монахов сказать следующее: «Поганый Король (Польский) неоднократно требовал от меня страны Северской, называя оную вместе с Смоленском собственностью, но как я не хотел исполнить его требования, опасаясь, чтобы не укоренилась там вера поганая; то Сигиз-мунд замыслил погубить меня, и уже успел, как я известился, склонить на свою сторону полководца моего Ружинскаго и всех Поляков, в стане моем находящихся. К вам, Калужане! я обращаю мое слово, отвечайте: хотите ли быть мне верными? Если вы согласны служить мне; я приду к вам и надеюсь с помощию Николая, при усердии многих городов мне присягнувших, отомстить не только Шуйскому и Полякам коварным, но в случае крайности готов умереть с вами за веру Православную; не дадим только торжествовать ереси, не уступим Королю ни двора, ни кола, а тем менее города или Княжества».
Такая речь Калужанам, между коими оставались еще многие из сподвижников Болотникова, весьма полюбилась: они в монастыре явились с хлебом и солью, проводили с торжеством Самозванца в город, и дали ему дом Воеводы Скотницкаго, снабдили его всем нужным — одеждами, конями, винами, съестными припасами. Самозванец, утвердясь в Калуге, послал немедленно за Князем Шаховским, который, выступя с несколькими тысячами Казаков против Короля Польскаго, находился тогда при Царевом Займище недалеко от Вязьмы. Князь Шаховской прибыл в Калугу на пятый день после Крещенья. Между тем Самозванец учредил для себя новый двор, и во все места, где только были его приверженцы, рассылал повеление истреблять Поляков при всяком случае. От сего неожиданно погибло множество жертв. Немцы тоже пострадали. Несколько гот Немецких купцов, которые везли в Тушинский лагерь по дорогам Путивльской и Смоленской бархат, шелк, ружья, вино мальвазийское и разные коренья, были перехвачены Казаками, приведены в Калугу, лишились всего, что имели, а некоторые и самой жизни, спасшиеся же от смерти пошли по миру. Сочинитель летописи, известной под названием Бе-
ровой, при сем известии восклицает: «Богу известно, чего не претерпели они (купцы) в Калуге, Перемышле и Козельске! Сколько любил Самозванец Немцев прежде, столько возненавидел их впоследствии, когда потерпел важный урон с Делагардием, а тем более, когда бежал из Тушинскаго лагеря, думая, что Немцы благоприятствуют Королю Польскому, приказал он отнять у них поместья36, и самые дома и отдать Россиянам. С часу на час ожидали они насильственной смерти и не смели исполнить обрядов своего богослужения; а больше всех претерпел пастор Бер, которого старались всеми силами погубить 25 Русских попов, желавших завладеть его имуществом. Бог спас его чудным образом» (см. летоп. Бера. Русской перевод, ч. 1, стр. 159). '
После отъезда из Тушина Самозванца, 11 Февраля, и Марина уехала в Дмитров; но в летописи о Мятежах (стр. 172) сказано, что после побега Самозванца Иван Плещеев Глазун, взяв Марину, бежал с ней также в Калугу.
Путешествие Марины из Дмитрова в Калугу описывается следующим образом: «еще 13 Генваря 1610 года приехал в Калугу Маринин каморник, юноша красивый и ловкий с словесным донесением о прибытии ея в Дмитров. Самозванец тогда ж отправил его обратно и просил Марину приехать в Калугу как можно скорее, чтобы не попала в руки Поляков, которые, как он известился, хотели отвести ее к Королю Польскому в Смоленский лагерь. Между тем Скопйн и Делагарди приступили к Дмитрову; устрашенный Сапега убеждал Марину удалиться в Калугу, если не желает отправиться к отцу своему. Мне ли, Царице Всероссийской, сказала ему Марина, в таком презренном виде явиться к родным моим? Я готова разделить все с Царем, что Бог ни пошлет ему. Она решилась ехать в Калугу: велела сшить для себя мужской Польской кафтан из краснаго бархату, купила сапоги со шпорами, вооружась пистолетами и саблею, и сев на коня, отправилась в путь. Сапега дал ей в провожатые 50 Казаков и всех Немцев, бывших в Дмитрове. Проскакав 40 Немецких миль, достигла она Калуги ночью, после заутрени, и назвала себя Самозванцевым каморником, привезшим важное известие, коего никому кроме Царя, так называла она Самозванца, сообщить не может. Сймо-званец тот час догадался, велел Казакам отпереть ворота и впустить мнимаго каморника, которой подъехав к крыльцу, соскочил с коня, и все увидели Марину. Приезд ея в Калугу произвел неизъяснимую радость. Марина, не имея при себе ни одной Польки, учредила новый штат из Немок, которыя не могли нахвалиться ея благодеяниями».
Сие произшествие Далин в Шведской истории (ч. VIII, стр. 823) изъясняет так: «Польской Король Сигизмунд, чрез лазутчиков, посланных им в Лжедимитриев лагерь, тайно старался уговорить 41
Россиян, чтобы они избрали на царство сына его Владислава, а Лжедимитрию предлагали 20000 рублей и два города в Литве для него и его жены, буде он откажется от Российской короны. Лже-дидртрий, узнав это, весьма испугался и убежал в Калугу, а любовница его, Анна Мария (Марина), возбудив во всем лагере ропот слухом о намерении Польскаго двора и переодевшись, 11 февраля, как выше сказано, совсем скрылась в Дмитров».
Почти тогда же по возникшему в Тушине волнению Донцы полками выступали оттуда в Калугу.
Почти тогда же Самозванец достал через Калужскаго Воеводу Казимира письмо от Гетмана Ружинскапэ к бывшему прежде Калужскому Воеводе Скотницкому, неизвестно какого содержания, и велел сего последняго бросить ночыо в Оку. Скотницкий, видя неизбежную смерть, хотел знать, по крайней мере: за какую вину он гибнет? Но палачи отвечали: Царь велел нам не разсуж-дать с тобою, но бросить тебя в воду, и последний слова несчаст-наго были: такой ли награды ожидал я за верную службу и двухлетнюю оборону Калуги? (летоп. Бера, стр. 163).
Тогда же в Калуге (Карамзин говорит в И. Г. Р., т. XII, стр. 91) истерзали и Окольничаго Ивана Ивановича Годунова. Взяв его в плен, свергнули с башни и еще живаго кинули в реку: он ухватился за лодку; но Михайло Бутурлин отсек ему руку, и сей мученик верности утонул в глазах отчаянной жены своей, сестры Филаретовой37.
В том же 1610 году Гетман Рожинский или Ружинский, управлявший войском и делами Сигизмунда, быв Князем Скопиным Шуйским разбит у Волоколамска, лишился там жизни; часть его войска бежала к Сигизмунду, часть к Лжедимитрию и Сапеге, который став на берегах Угры, сносился и с Сигизмундом и с Лжедимитрием, находившимся в Калуге.
В том же 1610 году Князь Скопйн Шуйский требовал от Царя указа истребить Лжедимитрия в К а л у г е, но 23 Апреля скоропостижно скончался от яда, как думают, даннаго ему Княгиней Шуйской, урожденною Скуратовой.
В том же 1610 году Лжедимитрий, снесясь с Сапегою, отправились под Москву, а к Царю Василию Ивановичу Шуйскому прибыли на помощь Царевичи Крымские, которые вместе с Русскими Воеводами: Князьями Воротынскими и Лыковым и Окольничим Артемьем Измайловым, настигнув Лжедимитрия в Боровском уезде, имели с ним кровопролитную битву, так что Лжедимитрий едва усидел в таборе; но Крымские Царевичи объявив, что их пронимает голод, ушли за Оку, а Бояре удалились в Москву (лет. о Мятеж., стр. 182).
После сего Лжедимитрий пришел к Пафнутьеву монастырю, где находились Воеводы Князь Михайло Волконский, Яков Зми-
ев и Афанасий Челищев. Литовцы или Поляки к монастырю приступали безуспешно, доколе Воеводы Змиев и Челищев, .._..._.... отечеству, монастырь врагам предали. Один Князь Волконской с верными ему людьми защищался до тех пор, доколе был пронзен: в самой церкви у леваго крилоса над гробом Святаго Пафнутия и пал бездыханным. В монастыре побито всякого звания людей до 12000 человек (см. там же, стр. 183).
Лжедимитрий, разорив Пафнутьев монастырь, тогда ж пошел под Москву у стал на Угреше, по другим известиям (см. Столарн. хронику), за Москвой рекой в селе Коломенском; но Московския дела приняли совсем другой оборот, ибо:
В том же 1610 году Июня 17 числа, Царь Василий Иванович Шуйский с Российскаго престола низложен Августа 26. Враги его положили призвать на Российской престол Владислава Польскаго Королевича, Сентября 11 отправили посольство под Смоленск, к бывшему там Королю Польскому для предложения, на составленных условиях, сыну его Российской короны; а между тем Поль-ския войска заняли Москву и Кремль. Лжедимитрий, потеряв всю надежду на успех, только с Мариной, с Атаманом Заруцким, и шайкой Козаков и Татар, 26 Августа опять удалился в Калугу.
В Калуге Самозванец, имея тысяч пять Козаков, Татар и Рос: сиян, еще грозил и Москве и Польскому Королю Сигизмунду, мучил Поляков, захватываемых его шайками в разъездах, и говорил: христиане мне изменили, так обращусь к Магометанам, с ними завоюю Россию, или не оставлю в ней камня на камне; доколе я жив, ей не знать покоя! Он думал, как пишут, удалиться в Астрахань, призвать к себе Донцов и Нагаев, и основать там новую державу, заключить братский союз с Турками. Между тем веселился, безумствовал и хвалясь дружбою Магометан, то ласкал, то казнил их; но судьба его решилась внезапно. Хан или Царь Касимовской Ураз-Махмет или просто Урмамет, во время Лжеди-митриева из Тушина бегства, не пристав ни к Полякам, ни к Россиянам, с новым усердием с сыном явился к Самозванцу в Калугу. Сын Урмаметов донес Самозванцу, что отец его, т. е. Урмамет, умышляет его Лжедимитрия умертвить и уехать тайно в Москву. По сему Лжедимитрий спешил предупредить Урмамета убийством его в обыкновенном их упражнении на охоте. Когда Лжедимитрий и Урмамет удалились за Оку начали ездить с собаками; первый приказал Урмамету ехать за собою, удалился от прочих людей только с Михаилом Бутурлиным и Игнаткою Михневым и вместе с ними умертвив Царя Урмамета и людей его, кинули в Оку, а Князя Нагайскаго Арслана Урусова, который хотел мстить клеветнику, посадили в темницу.
Того же 1610 года, Декабря 11 числа, Князь Арслан (в крещении Петр) Урусов, быв освобожден из темницы, поступил с Само-46
званцем точно также, как он с Урмаметом. Князь Урусов узнав, что Лжедимитрий поехал на охоту на левой стороне Оки, в версте от Калуги нагнал и прострелил его насквозь пулею, примолвив: я научу тебя топить ханов и сажать мурз в темницу, — потом отсек ему голову и бывших с ним людей побив, кроме укрывшихся в Калуге, сам с Нагаями ушел в Тавриду. С известием о> сем убийстве прискакал в Калугу Кошелев, шут Лжедимитриев.. Поднялось страшное смятение: ударили в набат. Марина отчаянная, полунагая, ночью с зажженным факелом, бегала из улицы в улицу, требовала мести, и к утру в Калуге не осталось ни одного Татарина в живых; их всех, хотя невинных в Арслановом деле, безжалостно умертвили. Казаки и граждане обезглавленный тру» Лжедимитриев с честию предали земле в Троицком соборе, который Гетманом Сагайдачным вместе с прочими церквами сожжен» в 1619 году.
В то время, как в Калуге умерщвлен Лжедимитрий, Казанские жители ему присягали. Воевода Бельский хотел их удержать; ж> Дьяк Шульгин с мятежниками Воеводу, скинув с башни, умертвили. После того на третий день прибыл в Казань из Калуг» Алешка Тоузаков с известием о смерти Лжедимитрия и просил Казанских жителей стоять за Московское Государство; и Казанские жители раскаялись, что целовали крест вору и Воеводу Бель-скаго умертвили невинно.
Тогда же Князь Пожарский окружною грамотою (она напечатана в Собрании Грамот, ч. II, стр. 595) объявил повсеместно, что-Лжедимитрий по умерщвлении его в Калуге лежал обезглавленный на изобличение шесть недель, а Сендомирская Марина, бывшая у Лжедимитрия (Андрюшки Нагова) в виде жены, родила сына Ивашку, чем Калужские люди быв очень довольны, называли Маринкина сына Ивашку Царевичем, и крестили его с возможным великолепием. Сама Марина также писала из Калуги,, во все города, что Царь их убит (Вивлиоф., часть V, стр. 185).
Бывшие при Самозванце Россияне Князь Дмитрий Трубецкой, Черкасской, Бутурлин, Микулин и другие, не хотели служить ни Марине, ни сыну ея, овладели Калугою и взяв Марину под стражу, дали знать о том в Москву Думе Боярской.
В том же 1610 году Поляки, услышав о смерти Лжедимитрия в Калуге, прислали туда из Москвы Князя Юрья Никитича Тру-бецкова, чтоб Калужане целовали крест Польскому Королевичу; но из Калуги отправлено несколько человек из Дворян, из Атаманов, из Казаков и из всяких людей в Москву сказать Боярам и Литве впрямь, что если Королевич на Московском Государстве окрестится в Православную веру, т. е. примет Христианскую веру по Грековосточным обрядам, то и они все рады служить ему, а
теперь они креста целовать не хотят, покамест он будет на ковском Государстве. Что исполнив посланные, возвратились Калугу, Князя Юрья Трубецкова удержали, но он из Калуги скрылся тайно. (Летопись о Мятежах, стр. 203).
1611 года Генваря 31 числа Рязанской Воевода Прокофий Ля ну нов, собирая из всей России поголовное ополчение для изгнания из Москвы Поляков и Литовцев, просил между прочим Калуж. ских Бояр идти к Москве. (Собрание грам., ч. II, стр. 498).
В том же 1611 году Рязанцы уведомили жителей Нижнего Новгорода, что они с Калужскими, Тульскими, Михайлов-скими, Северскими и Украинскими городами условились возстать одной душою со всею землею биться с врагами до смерти. (Грам. напечат. в Рязанской Истории Воздвиженскаго, стр. 234).
Тогож 1611 года в Феврале месяце из Нижняго Новгорода дано знать в Вологду, что Калужские Бояре, по ссылке с Север скими и Украинскими городами, для изгнания из Москвы ков, уже отправились.
В том же Феврале месяце Литовский Гетман Сапега, в Пере мышле тогда находившийся, уведомил Калужскаго Воеводу Кня зя Юрья Трубецкова, что он, Сапега, Польскому Королю не слу жит и Калуге никакого зла делать не намерен, хотя в состоянии и что он будет служить Россиянам (см. Собр. Грамот, ч. II, стр. 507).
Тогож Февраля 11 числа Прокофий Ляпунов к Сапеге вил племянника своего Федора Ляпунова с Дворянами, а К луж ских Дворян просил прибыть на совет в Серпухов. См там же^ стр. 509).
В том же 1611 году Марина, бывшая в руках Атамана Заруц-каго, из Калуги писала жалобные грамоты к Сапеге, чтоб спас честь и жизнь ея; а между тем Заруцкаго признала мужем с таким условием, чтобы он сына ея Марины возвел на Россий ской престол и в качестве правителя властвовал с нею. Заруцкий Марину сперва переместил из Калуги в Коломну38, потом увез Астрахань, и уже в 1615 году все трое, т. е. Марина с сыном Заруцкой, забраны и привезены в Москву, где сын Марины ка, повешен, Заруцкой посажен на кол, а о Марининой участи летописи молчат.
Тогож 1611 года в Марте месяце Владимирские Бояре мили Казанских, что они по приговору всей земли и по Рязанских, Калужских, Северских и Украинских городов пошли к Москве для очищения ея от врагов. (См. Собр. грам., ч, стр. 523).
Тогож 1611 года в Апреле месяце Московские Бояре уведомили Казанскаго Митрополита Ефрема, что бывший в Калуге 48
ка Нагой, называвшийся Царским именем, убит, и что Калужские Бояре и все ратные люди пришли на избавление Москвы (см. Собр. Грам., ч. II, стр. 537).
В то время Князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой собрался в Москву, чтобы вообще умереть за Православную веру.
В том же 1611 году Октября 6 числа Троицкаго Сергиева монастыря Архимандрит Дионисий и Келарь Авраамий Палицын, приглашая всех Россиян на избавление Москвы, объявляли при том, что Каширяне, Туляне и Калужане к Москве уже пришли (см. Собр. Грам., ч. II, стр. 578). При сем в Калужском ополчении Воеводою был Князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой, о коем сказано выше.
В том же 1611 году, не видно в котором месяце, Черкасы ворвались в Калужскую область, распространили грабеж и убийства и захватили множество пленных, при чем взяли и самой город Козельск. (См. Летоп. о мятеж., стр. 230).
В том же 1611 году Смоленские Дворяне, Польским Королем притесненные, ушли в Калугу.
В том же 1611 году Смольяне, Дорогобужане и Вязмичи из Калуги пошли в Москву и просили о устроении их состояния, ра-зореннаго Литовскими людьми, по сему Смольяне помещены в Арзамас, а Вязмичи и Дорогобужане и Ярополче (Летоп. о Мятежах, стр. 226).
В том же 1611 году в Ивангороде явился еще Самозванец Си-дорка, Дьякон Московской из-за Яузы, под названием Лжеди-митрия Калужскаго. Он называл себя истинным Димитрием, утверждая, что почитают его убитым в Калуге без всякаго основания. (Там же, стр. 230).
В 1612 году Литовский Гетман Сагайдачный, пришедши из Путивля в Калугу и прочие города, много зла причинил, и возвратился в Киев. (См. Курск, летоп., стр. 82).
1613 года, Марта 13 числа, грамоту о избрании на царство Михаила Феодоровича между прочим подписали:
Из Калуги Иван Бегичев, выборной человек Смирной Судовщиков да Иван Макушкин.
Из Малаго Ярославца выборной Дворянин Константин Семенов.
Из Серпейска выборной Дворянин Федор Никифоров сын Полтев, да Григорий Дмитриев сын Крекшин.
Из Козельска выборной Иван Иванов сын Щербачев, Коз-лич (житель Козельский), выборной Дворянин Степан Михайлов сын Юшков.
Из Мещовска Федор Стрешнев, Семен Глебов и Андрей Григорьев сын Змеев.
Из Перемышля выборной Троицкой Архимандрит Сав-ватий.
Из Боровска Пафнутиева монастыря Архимандрит Иона.
В том 1613 году Черкасы, делавшие великия грабительства » мучения по Волге, подходили к Москве, от которой быв прогнаны» бежали к Казакам Северским. Князь Борис Михайлович Лыков нагнал их в Кременском уезде на реке Колуже (Луже), где Черкасы укрепясь хотели биться, взяв их за крестным целованием и ничего им не сделав, привел к Москве, где старшину их Б а-ловня с товарищи повесили, других разослали по тюрьмам (см.. Никонов, летоп., VIII ч., стр. 216, Летоп о Мятеж., стр. 290).
В 1614, или около того года, т. е. в начале царствования Михаила Феодоровича, Нагайские Татары, повоевав многие города и перешедши Оку, продолжали воевать Коломенския. ,.г пуховския и Боровския места и пришедши под Москву, в До-мо-делинской волости многих, так как из выше означенных городов, Дворян и детей Боярских взяли в плен (см. Летоп. о Мятеж.,, стр. 284).
В 1615 году в Калуге (как замечено в актах, ч. III, № 68) соль продавалась с варниц Строгановых.
В том же 1615 году Июня 20 числа, по случаю нашествия Литовских людей на Брянск и Волхов, Царь Михаил Феодорович прислал Боярина Князя Дмитрия Михайловича Пожарскаго в Боровск, чтоб он тут (в Боровске), собрав детей Боярских, стрельцов, пушкарей, затинщиков и новокрещен Татар из Боровска, Ярославецкаго и Медынскаго уездов, шел с ними в Калугу, и в Калуге, взяв у Воеводы Князя Данилы Долгорукаго находившихся там Калужан, Мещовцов, Серпян, Козлич, Воротынцев, Медынцев и собрав таких же военных людей в Калужском, Воротынском, Мещовском, Серпейском, Козельском, Лихвинском и Пере-мышльском уездах, шел с ними из Калуги в Белев и далее против неприятелей (см. Собр. Грамот, ч. III, стр. 131).
В том же 1615 году Польской Полковник Лисовской, разорив и выжегши Белев, пришел к Лихвину. Бывший в Лихвине Воевода Федор Стрешнев с немногими людьми, вышедши из города» с Лисовским бился и к городу его не допустил. Затем Лисовский пошел к Перемышлю; Воеводы же и все люди, оставив Пере-мышль, ушли в Калугу. Боярин Князь Дмитрий Михайлович Пожарский, услышав, что Лисовский в Перемышле, послал . себя наскоро в Калугу голов с сотнями. Лисовский, услышав __ них, в Калугу не пошел. Боярин с ратными людми пришел в Лих-вин, но промыслу учинить над Лисовским не могу. (Летоп. о Мятеж., стр. 293).
Тогда же пришла к Дмитрию Михайловичу Пожарскому . занская рать, с которою он собрався пошел к Перемышлю
50
Лисовскаго. Лисовский, видя его приход, Перемышль выжег, и попрел из Перемышля на спех и стал между Вязмою и Можайском. Князь Пожарский послал за ним Воеводу с ратными людьми, а сам за ним не пошел; по тому что впал в болезнь лютую и отвезен в Калугу (там же, стр. 294).
В том же 1615 году Калужский Наместник Артемий Васильевич Измайлов от Царскаго имени вел переписку с Польским Королем Сигизмундом о примирении (см. рукопись под названием Ас1а риЬНса ЗфзтипсН, III, 92).
В 1616 году Польский Королевич в Украинские города послал Чаплинскаго, который пришедши в Мещовск и взяв оной, Воеводу Истому Засецкаго послал к Королевичу в Вязму. Из Мещов-ска Чаплинской пришол под Козельск. Козельские жители, изме-ня Государю, и сдав город, целовали крест Королевичу, и Чаплинской, зимуя в Козельске, из онаго воевал многие города (см. Летоп. о Мятежах, стр. 307).
В 1617 году из Калуги всех чинов люди пошли в Москву и просили Государя со слезами, чтобы он Калуги Литовским людям не отдавал и послал бы в Калугу Воеводу с ратными людьми, по тому что пришли в Козельск многие Литовские люди и Королевич идет в Вязму. При том Калужане просили имянно, чтобы Государь послал к ним Боярина своего Князя Дмитрия Михайловича Пожарскаго (см. там же, стр. 307).
В том 1617 году Октября 18 числа, по случаю выше описан-наго нашествия Литовских людей на Козельск, Царь Михаил Феодорович опять Боярину и Воеводе Князю Дмитрию Михайловичу Пожарскому велел быть в Калуге с Князем Афанасьем Гагариным, также с Дворянами и детьми Боярскими, Калужанами, Мещовцами, Воротынцами, Медынцами, Алексинцами, Лихвин-цами Калужскими новокрещеными и Татарами, укрепясь в городе защищать оной, прочих городов служилым людям переменяться по два месяца опричь приходу. Государев хлеб из села Ромодановскаго перевезти в Калугу и устроить в житницы. Особо замечено, чтоб Князь Пожарский, по приходе в Калугу, послал, кого пригоже, к Козельску на помощь (см. Собран. Грам., ч. III, стр. 156).
Князь Пожарский, пришедши в Калугу, устроил осаду. При сем послал к Казакам, воровавшим на Севере (в Северской земле, также оставшимся от Заруцкого и рассеянным по реке Угре, как видно из Польских известий) сказать, чтобы они шли в Калугу, по тому что Государь вину им простил. Казаки тот час о радостью пришли и живя в Калуге, показали Государю многую службу (см. Летоп. о Мятеж., стр. 308).
В том же 1617 год пришел из Вязьмы Полковник Опалинский и стал в Товаркове, от Калуги за 15 верст. За ним пришел в Ка-
Лугу Полковник же Чаплинской из Козельска. Князь Пожарский с товарищи с ратными людьми вышел против них за Лаврентьев монастырь, бился весь день, и обе стороны, побив много людей, разошлися. После того в 10 день Опалинской и Чаплинской ночью пришли под Калугу и хотели взять оную, но крепкия заставы и караулы, Боярином поставленные, пустили их в надолбы, а вышедшие из города многих Литовских людей побили и от города прогнали прочь. Опалинский же стоя тут посылал в Оболенския и Серпуховския места войною. Боярин (Князь Пожарский), ведя войну по тем городам, послал на Горки Романа Бегичева с ратными людьми поставить острог, и хотя Литовские люди ставить онаго не допускали, но они отбиты и острог Россиянами поставлен. Тогда Боярин Князь Пожарский под Товар-ково посылал многие отряды и делал Опалинскому великую тесноту, многих из Литовцев побивал и брал много языков. Опалинский от сей тесноты с немногими людьми ушел в Вязму (см. там же, стр. 309).
В том же 1617 году Государь велел Князю Дмитрию Михайловичу Пожарскому со всеми людьми итти в Боровск (там же, стр. 310).
Между тем Князь Дмитрий Мастрюкович Черкасский послал из Рузы товарища своего Князя Василья Ахамашуковича Чер-касскаго в Пафнутьев монастырь; потому что тогда от Польскаго Королевича прислана была рать воевать Оболенской и Серпуховской уезды. Князь Василий Черкасской пришел в Пафнутьев монастырь в одно время с сотниками, присланными в тот же монастырь от Боярина Князя Дмитрия Михайловича Пожарскаго ставить острог перед его Пожарскаго приходом. Князь Василий Черкасский отправился против Литовцев, и сошедшись с ними за 7 верст от Пафнутьева монастыря, начал сражение; но по несогласию и неустройству, происшедшему между войсками его, Князя Черкасскаго и Князя Пожарскаго, был разбит и едва сам спасся в монастырь. При сем сражении побито Смольян 600 и полку Пожарскаго 150 человек. (Там же, стр. 311).
Посему Царь Михаил Феодорович велел Князю Дмитрию Михайловичу Пожарскому идти из Калуги в Пафнутьев монастырь со всей ратию (там же, стр. 311).
В 1618 году Князь Дмитрий Михайлович Пожарский, прибыв из Калуги в Пафнутьев монастырь, у самаго того монастыря поставил острог. Туда же пришел к нему из Москвы Астраханской Мурза Карамыш с юртовыми Татарами и стрельцами Астраханскими. Они посылали многие отряды под Королевичевы таборы побивая Литовских людей и забирая многих языков, делали тесноту великую (там же, стр. 312). 52
В том же 1618 году Князь Дмитрий Михайлович Пожарский из Пафнутьева монастыря ходил в Можайск и, оставив там Князя Федора Васильевича Волынскаго, прочих из Можайска благополучно прквел опять в Пафнутьев монастырь (там же, стр. 314).
В том же 1618 году Царь Михаил Феодорович велел Князю Пожарскому из Пафнутьева монастыря итти в Серпухов, где Князь Пожарский впал в тяжкую болезнь, и опять отозван в Москву (там же, стр. 317).
В том же 1618 году Калужские Атаманы и Казаки отданы под начальство Белевскаго Воеводы Князя Сонцева-Засекина (см. акты, ч. III, № 94)39.
В 1619 году Польской Королевич от Троицкой Сергиевой Лавры велел Гетману Сагайдачному итти под Калугу. Меркушка Соколовский, ушедши из тюрмы, подвел Сагайдачного ночью к Калуге и берегом реки Оки к глухой башне, через которую вошли в острог, которой взят, сожжен и побито множество народа. Но как люди в городе не сдавались, то Сагайдачный стоял под Калугою до самаго замирения, т. е. по 1 Декабря того 1619 года. По Польским известиям, уже во время самых переговоров о мире Казаки Сагайдачнаго и Лисовцы, не смотря на продолжение тех переговоров, производили в Калужской области и в местах, прилегавших к Оке, разбои и опустошения: взяли Серпухов и Калугу, в последней жителей вырезали, церкви пожгли и город совершенно разграбили. Обыватели всех мест, где только являлись все истреблявшие шайки Сагайдачнаго, бросали свои жилища, и спасались только бегством в Москву толпами.
При замирении, последовавшем, как сказано выше, 1 Декабря 1619 года, Серпейск, Козельск, Мещовск и село Борисово с волостями остались за Россиею, Литовские люди пошли из Москов-скаго Государства, а Польской Королевич велел из Калуги итти и Черкасам; но из них с 300 человек остались на службе Государевой (Никон, летопись, ч. VIII, стр. 242).
В том же 1619 году Михаил Феодорович во уважение, что Калужские жители потерпели великое разорение от Малороссийска-го Гетмана Сагайдачнаго, пожаловал им льготы от платежа повинностей на три года (подлинная грамота хранится в Калужском Магистрате).
В 1621 году Октября 12 числа, по случаю вновь начинавшейся войны с Польшею, прислан в Калугу Боярин Борис Михайлович Салтыков с Дьяком Даниловым для разбора следующих на службу Дворян и детей Боярских: Серпуховских, Тарусских, Можайских, Звенигородских, Калужских, Воротынских, Мещовских, Сер-пейских, Козельских, Лихвинских, Медынских, Алексинских, Малоярославских, Оболенских, Перемышльских, также помещиков,
Атаманов и Казаков, новокрещен Серпуховских и Боровскаго \ уезда. (См. Собр. Грамот, ч. III, стр. 232).
В 1622 году Государь Михаил Феодорович пожалованную в 1619 году Калужским гражданам льготу, по случаю быашаго в Калуге великаго пожара, продолжил еще на три года. (Подлинная грамота также в Калужском Магистрате).
В 1626 году в Калуге, после бывшаго в ней пожара, по описи писца Василья Плещеева оставалось 273 двора пли дома, жителей 321 ц 20 церквей деревянных40.
В 1627 году еще существовал город Кременск, упоминаемый в 1480 году, от Малоярославца в 25, а от Медыни в 30 верстах.
В 1630 году для означения границы Польской устроены засеки с валами и палисадами:
Козельская З'/з версты с 5 воротами.
Перемышльская на 25 верст с одними воротами.
Лихвинская на 65'/а верст с 7 воротами.
В 1632 году Государь Михаил Феодорович указал быть в Калуге Стольнику и Воеводе Богдану Михайлову сыну Нагово, а Князю Федору Семенову сыну Куракину и Князю Федору Федорову Шерих Волконскому собираться с ратными людьми против Польских войск в Вязьму к Князю Дмитрию Мастрюковичу Черкасскому.
В 1633 году от Воеводы Матово получено Царем Михаилом Феодоровичем донесение, что Россиянами взят Серпейск, и оставлен там осадной Воевода Ссрпянин (т. р. Серпейский житель), но кто именно умолчано.
В том же 1633 году, не видно где, около Боровска находился монастырь Прссвятыя Богородицы на Гноище, в который Царь Михаил Феодорович подарил Евангелие, напечатанное в том 1633 году и доныне сохранившееся в церкви Успения Пресвятыя Богородицы в Боровске.
В 1634 году по случаю прибытия под Смоленск Польскаго Короля Владислава IV, опять указал Царь Михаил Феодорович сбираться в Калуге с ратными людьми Стольнику Богдану Нагово и Воеводам Князю Федору Семеновичу Куракину и Князю Федору Шерих Волконскому, и с Стольником Богданом Нагово иттн в Вязьму к Боярину и Воеводе Князю Дмитрию Мастрюковичу Черкасскому (см. Акты, ч. III, № 239)41.
В том же 1634 году Мая 17 дня на Поляновском съезде Русские послы Боярин Шереметев и Князь Львов дали договорную (тайную) статью Польским послам Жадику и другим о даче из Русской казны Польскому Королю Владиславу IV 2000 рублей за уступку города Серпейска с уездом, после чего Король оставил притязания на всю Россию и перестал именоваться Царем Русским. (Статья хранится в Актах Государ. Архива). 54
В 1639 году в Калужском и Малоярославецкоы уездах, по грамоте Царя Михаила Феодоровича, заведены железные заводы. (См. Гавена Русская История на Датском языке и Вестник Европы на 1816 год № 8, стр. 292).
В том же 1639 году в Калуге Воеводою был Семен Васильев сын Волынской.
В 1641 году Козельская Столпицкая засека по Царскому указу Воротынцем Матовым сдана Козельчанам Шепелеву и Воронцову (см. Акты, ч. III, № 303).
В 1641 и 1642 годах в Калуге Воеводою был Федор Иванов сын Игнатьев.
В 1642 году в Москве на Совете всего Государства чинов: удерживать ли за Россией Азов, взятой у Турков Казаками, находились между прочими:
Из Калуги Петр Гурьев, Борис Рахманов и Иван Полтев.
Из Воротынска Ефим Матов и Иван Подгорецкий.
Из Лихвина Михайло Зыбин и Таврило Бунанов.
Из Серпейска Никифор Давидов, Князь Иван Вяземский и Борис Кандырев.
Из Козельска Иван Щербачев, Урус Данилов сын Сокольников и Иван Кошелев.
Из Мещовска Яков Толбузнн, Данило Беклемишев и Наум Кириллов.
Из Малаго Ярославца Анфиноген Челищев и Иван Тарбеев.
Мнение Калужских депутатов: «Взять у Донских Казаков Азов и отдать Басурманам (значило бы) навесть на Российское Государство гнев Божий; а лучше Азов принять, укрепить н стоять за него. Если Азов будет за Государем — и Нагаи большой и малой Орд и Черкесы Горские будут все служить Государю; а если Азов будет за Турками, то Нагаи и последние от Астрахани откочую к Азову». (См. Собран. Грам., ч. III, стр. 382 и 399).
С 1642 года Боровск, Воротынск, Калуга, Лихвин, Таруса до перваго учреждения губерний, или 1708 года, принадлежали к Чети Владимирской.
В 1643 году в Калуге Воеводою был Иван Иванов сын Бакла-невский.
В 1645 году в Калугу, Орел и Брянск приезжал с указом для приведения к присяге вступившему тогда на престол Царю Алексею Михайловичу Стольник Князь Васились Богданов Волконский.
В 1646 году, по случаю нашествия Крымских Татар на Курский и Рыльския места и Камарицкую волость. Стольнику и Воеводе Князю Григорью Долгорукову на Крапивке быть не велено, а полку его велено быть в Калуге с Воеводою Степаном Пушкиным.
В том же 1646 году в Калуге Воеводою был Афанасий Дмитриев сын Тургенев; при нем производилась подворная пере-пись или ревизия.
В 1647 году в Калуге Воеводою был Григорий Иванов сын Ртищев. При нем, на поминовение Царя Михаила Феодоровича, вдова Анна Петроина Хитрова построила в Калуге каменно-Транц-кий собор, который разобран уже при Императоре Александре I.
В 1649 году в Калуге Воеводою был Князь Григорий Данилов сын Долгоруков, после котораго опять Григорий Иванов сын Ртищев.
В том же 1649 году к изданному Царем Алексеем Михайловичем Соборному Уложению, между прочими Депутатами,
Калужанин выборной посадской человек Марко Федоров руку приложил.
Козлятин Иван Щербачев руку приложил.
Тарушанин Андрей Аленин, вместо котораго руку приложил ысн его Елисей.
Тарусской посадской человек Иван Григорьев, а за неумением его грамоте руку приложил подъячей Ивашка Кононов.
Города Кременска Фатюшка Иванов Калужанин, а вместо него руку приложил Суджецкой (не Лужецкой ли?) посадской Иван Соколов.
Медыняиин Андрей Шеншин, который за еебя и вместо Тулян Ивана Большова Данилова, да Никиты Константинова руку приложил.
Л и .х в и и е ц Григорий Юрыпкнн руку приложил за себя и вместо Веригнна, Левшина и Михаила Зыбина по их веленью.
В 1651 году в Калуге Воеводою был Яков Петров сын Коло-гривов.
В 1652 году Богдан Лукьянов сын Ушаков.
В 1653 году, между прочими городами, а Калуге, Тарусе, Во-ротынске, Мсщовске, Медынс, Лихвнне, Серпейске, Козельске, Боровске и Малом Ярославне Окольничей Князь Дмитрий Алексеевич Долгорукой и Дьяк Иван Тнмашов верстали детей Боярских, а в Калуге н Боровске сверх того новокрещен и Татар поместными и денежными окладами. (Из Разряднаго Архива внесено в повествование древностей 1766 С. П., стр. 20).
В 1653 н 1654 годах опять производилась перепись, и по книгам той переписи, в Малом Ярославце значился монастырь Чер-ноостровский, который еще в 1610 году запустел. Он недавно, н имянно в 1777 году, обращен в приходскую церковь; но около 1800 года иждивением Московскаго купца Целебеева опять возобновлен; Октября 12 числа 1812 года опять разорен Французами, но вскоре потом приведен еще в лучшее состояние. 55


В том же 1654 году Боровской Воевода Никита Дурнов поучил грамоту, от 22 Апреля того года писанную, о высылке на •лужбу Боровнч и Боровских помещиков в Брянск, а остальных I Москву.
В том же 1654 году уничтожены пошлины с перевозов, с ме-ючных жизненных припасов: с квасу, с дегтю, лаптей, сала и проч. ) сем Указ прислан церковной печати с восковой печатью.
Около сего 1654 года распоп Аввакум рассевал в Калуге рас-юл, существовавший долгое время под названием Аввакумов-шины.
В 1655 году по Указу, полученному 7 Марта, высланы из Калуги в Нижний Новгород Жиды и Литовцы, не видно когда сюда забравшиеся.
В 1658 году Царь Алексей Михайлович отдал Калужскому посаду вотчину Боярина Романова село Спасское, отстоявшее от Калуги на три версты при ручье Балдасовом, впадающем в речку Клевку с 206 дворами, или домами, и со всеми угодьями. Оттуда жители по временам переселились в Калугу и составили вновь особые три прихода, известные под названиями Спаса и Николы Слободских и Никиты Мученика, а на прежнем их месте поныне стоят три креста, к которым потомки выселенных жителей ежегодно на седьмой неделе после Пасхи ходят отправлять поминовение.
В 1658 году 6 числа Июля учреждены от Москвы до Калуги, а от Калуги до Спасска ямы и ведено собрать для оных с 10 дао-ров по человеку с подводою.
В 1659 году Боровской Наместник Василий Лихачев был послом во Флоренции (см. IV часть Росс. Древней Вивлиофики).
В 1662 году в Калуге Воеводою был Князь Никита Яковлевичу Львов, что видно из указа, того года Мая 31 числа ему даннаго.' о высылке на службу Дворян, детей Боярских и недорослей.
В 1663 году, по Указу Царя Алексея Михайловича, в Пере-мышльском Лютиковом монастыре, построенном, как выше говорено, в 1444 году, учреждена Архимандрия.
В 1667 году Боровской Наместник Стольник Петр Иванович Потемкин был послом сперва в Испанию, потом во Францию (см. Древн. Вивлиоф., т. IV).
В 1670 году Царем Алексеем Михайловичем в Покровской Добром монастыре, в Лихвинском уезде находящемся, о начале котораго доселе сведений не отыскано, вместо Игумена определен Архимандрит.
В 1676 году, по актам Польским видно, Староство Калусскве отдано между прочими имениями...
Неизвестно, где это Старостью находилось, но вероятно в древности имело какое пибудь отношение к нашей Калуге. (См. Польская Истор. Бандкс, т. II, стр. 365).
В 1678 году производилась опять перепись по дворам и людям. По этой переписи в Лихвинском уезде или волости значился монастырь Афанасьевской женской со 120 дворами крестьян. Сей монастырь после уничтожен.
В 1680 году, при составлении географической карты Москов-скаго Государства на Оке, в трех верстах от Добраго, находился •еще монастырь Трем ячей; па Оке же при устьях реки Угры был монастырь Спасский, и в Крайшинском стану Архангельской.
Около того 1680 года, т. е. при Царе Феодоре Алексеевиче, Калуга, Боровск, Козельск и Медынь имели названия Наместничеств: Послы при Иностранных Государях и в дипломатических сношениях могли титуловать себя Наместниками какого нибудь из выше исчисленных городов по назначению Государя, не имея на самом деле никакой власти над оными городами (см. Собр. Грамот, ч. IV, стр. 372).
В том же 1680 году Медынь приписана в вотчину к Новоисру-салн.мскому монастырю, и с того времени оставалась селом до 1718 года, в котором при составлении Калужской провинции опять названа городом.
В 1681 году в Мещовском уезде построен Георгиевской монастырь, который с 1764 года остался заштатным.
В том же 1681 году сбиралось на жалованье Московским стрельцам, между прочими Российскими городами:
В Боровске с41 двора 36 рублей 30 алтын.
В В о р о т ы н с к е с 61 дв. 48 руб. 26 алт. 3 деньги.
В Калуге с 1045 двор. 1045 руб.
В Мо с а л ь с к с с 15 дв. 6 руб.
В Мещовске с 38 дв. 41 руб. 26 алт. 4 деньги.
В Перемышле с 27 двор. 12 рублей, в дворцовой доход 21 рубль 20 алтын.
В Серпейске с 48 дворов 38 руб. 13 алт. 2 деньги.
В Ярославце с 101 двор. 10 руб. 30 алт. (См. Акты, ч. IV, № 250).
В 1682 году в Боровск, в Малой Ярославец, в Калугу. Воро-тынск и в Псремышль прислан был Стольник Иван Богданов сын Яковлев для высылки к Троицкому монастырю ратных людей для усмирения стрелецкаго бунта.
В 1684 году в Калуге, вероятно, был большой пожар, ибо в Синодике сего года записано: в граде Калуге сгоревшим священником и всем православным християнам вечная память.
58
В 1685 году ло описи Воеводы Полуехтова город Калуга укреплен был земляным валом, имевшим деревянныя стены на 27 сажень с половиною, с 12 башнями, которых в 1760 году, как ниже увидим, и следов не оставалось.
В 1686 году скуплены кожаные четыре алтынника на Елце, Лихвине, Козельск е, Перемышле, Медыне и Сер-оейске. Сии монеты имели начертания колес по четырем углам, и уставлены были в Перемышле после Литовскаго разорения. Сие известие приписано на конец древней летописи к известиям о монетах разных лет.
В 1687 году из Азовскаго похода осадная артиллерия прислана в Калугу. (См. Тауберта Азов. Известия. С.-П., 1782 г., стр. 149).
В том же 1687 году из Калуги нетчиков было, т. е. на службу не явилось 18 человек. (См. Древ. Вивлиоф., ч. XIV, стр. 406).
В 1689 году Цари Иоанн и Петр и сестра их София пожаловали Калужским гражданам Резванское озеро и луга за рекой Ячейкой. На сии дачи город имеет подлинную грамоту.
В 1690 году саранча.
В 1694 году высылались из Калуги и Боровска Стольники, Стряпчие и Дворяне к ратному учению (о сем Указ, полученный в Калуге, напечатан в Записках Туманскаго, ч. VII, стр. 113 и 114).
В 1695 году Рыльский растрига Феодосии в Калуге образовал раскольничий толк, известный под названием Феодосиевщины или перекрещенцев. (См. Хронол. Нехачина, ч. II, стр. 169).
В 1696 году (7204) в Калугу, Лихвин, Перемышль, Мещовск, Воротывск, Мосальск, Серпейск, приезжал разрядный подьячий с Царской известительной грамотой о завоевании у Турков города Азова (см. Российск. Магазин Туманскаго, ч. III, стр. 203). В том же году выгорела половина Козельска.
В 1700 году в Калуге и иных городах вместо серебряных денег, торговали кожаными, и иными жеребьями, которых употребление тогдаж прекращено, и пущены в обращение медныя денежки, полушки, полуполушки (см. Указ в Запис. Туманскзго, ч. II, стр. 136).
В том же 1700 году Саксонский Минералог Блюер в Калужской области открыл квасцовую землю и серный колчадан.
В том же 1700 году начали праздновать новой год, или начинать годы с 1 числа Генваря месяца. При том принято летоисчисление от Рождества Христова вместо употреблявшегося до сего времени от сотворения мира.
Того же 1700 года в Генваре месяце Государь Петр I велел Волховскому и Калужскому Воеводам изготовить для проезда в Москву Малороссийскаго Гетмана (Мазепы) по 350 подвод. Ма-
зепа проехав Калугу 20, прибыл в Москву 22 Генваря (см. Мало-рос. Дела Коллеж. Архива за 1700 год).
В 1703 году Действительный Тайный Советник и Посланник при Саксонском дворе Паткуль имел название (разумеется, титулярное) Наместника Козельскаго.
В 1703 году, при основании С. Петербурга, для торговли там вызваны первые купцы из Калуги, Можайска и Вереи.
В 1704 году между прочими Заоцкими городами и в в 20 день Майя великой мороз побил рожь, за коим такие голод и дороговизна, что четверть ржи и ячменя лись в полтора рубли и по 60 алтын, а яровой хлеб родился в время вельми хорош, никогда такова не бывало.